Последняя жизнь. Женить рыжего

Почему-то казалось, что Тимофей, если и даст какой совет, то он будет связан с моим самоубийством.

Лошадь сделала первые неуверенные шаги (прямо как я еще недавно), царь сказал последние напутствия, Любозар как-то подозрительно улыбался, чуть склонив голову вперед, будто пытался скрыть за густой бородой ухмылку. Его вся эта ситуация забавляла. А вот мне выть хотелось от безысходности.

Тимофей, само собой, ехал впереди. Насвистывал что-то тихо, и это почему-то раздражало. Он выглядел таким спокойным и невозмутимым, что я начинала немного завидовать.

Внутри же меня бушевали эмоции. Было страшно, неловко, некомфортно. И вообще, все сильнее хотелось вернуться домой. Не нужен мне был такой жених. И уж тем более – муж. Пускай его дочка советника себе забирает. Они бы составили друг другу идеальную пару.

На какое-то время мне удалось переключить свое внимание на местные красоты, которыми я имела честь любоваться только через окно дворца. Ну и немного, пока шли до конюшен.

И мое мнение по поводу сказочности этих мест не изменилось. Только люди с чего-то косо на меня посматривали. Наверное, я как-то не так держалась в седле. Или все-таки чем-то выделялась, что-то выдавало во мне чужачку.

В какой-то миг я решила не обращать на подобное проявление любопытства внимание. Когда мне еще представится случай побывать в сказочном мире? Нужно ловить момент. И не думать о том, что, кажется, самостоятельно я с лошади слезть не смогу. И ходить, вероятно, тоже.

Потому что отобью себе все напрочь.

Уже примерно через час я была готова сползти со спины лошадки и упасть в траву. Мы уже пересекли границу Краснограда (спасибо Тимофею, хоть в чем-то просветил). И теперь можно было дать лошадям больше свободы. Однако, моя смирная серая лошадка, видимо чувствуя мой настрой, не торопилась этого делать. Шла себе, фыркала. Будто наслаждалась тишиной леса, в который мы только вошли.

Солнце пробивалось через сочную зеленую листву. Птицы звонко что-то щебетали.

Бабочки перелетали с цветка на цветок. Комары, чтоб им век от жажды крови мучиться, над ухом жужжали.

Еще примерно через час я не выдержала и попросила Тимофея об остановке. Мало того, что хотелось размять уставшие ноги, так еще природа звала на уединение. И если меня продолжит качать на спине лошади, я рисковала не выдержать напряжения.

Несмотря на явное недовольство, Тимофей все-таки сжалился надо мной, и мы устроили привал.