Тридцать четыре холостяка, или Дневники народной свахи

Довольно молод, но в бою показал себя как опытный воин. Ответственен, уверен в себе, но жутко стеснителен.

Так, понятно. Вострогорушка у нас, оказывается, стесняшка… А вот и сам Красислав, автопортрет. Потом Родослав, Смеян (тот, который стихи сочиняет), Ведомир, Огнеслав (припоминаю, Любозар рассказывал, что он единственный, кто пристроен). Идем дальше: Божеслав, Праволюб, Милослав, Изяслав, Лютобор, Пршемысл, Радислав, Стражислав, Всеволод, Вышезор, Далимир, Зверополк, Купало, Садко… надо же, и такие имена есть?

На следующей картинке было изображено сразу два богатыря, похожих, как две капли воды.

Сивер – родился на севере, Синеок – говорящее имя, его глаза и впрямь синие-синие. Баян – анекдоты любит травить, Ярополк, Ярослав, Ростимир, Малюта, Ладимир, Микула.

– Ладно, выучу, кто есть кто по ходу, – вслух произнесла я. – А сейчас надо в кухню идти, еще раз посмотреть, что в кладовках есть, да и посуду грязную, если такая имеется, помыть.

– Как знаешь, – лениво ответил кот, – мне и тут не плохо.

Я не стала усатому читать лекцию на тему «лень до добра не доводит» и направилась к двери. Спустившись вниз, направилась в кладовку с продуктами. И что у нас тут имеется? В основном только соленья, крупа, да мясо вяленое или копченое. Значит, некоторые продукты мне наколдовывать не надо. И то хорошо. А на обед я богатырям тогда щи наколдую… на второе, м-м-м… ребрышки с рисом, а на десерт пускай пицца будет. И чего я так рано подхватилась? Дело-то не долгое.

Ну что за невезение? Пока возилась в кладовке, где-то в муку влезла – теперь вся белая. Видать, мыться мне пора. Да, с самой Москвы нормально даже умыться не получалось. Что мне богатыри про речку-то говорили? Пойду, у Тимки уточню.

– Ти-и-им! – позвала я кота, открывая дверь в спальню. – А расскажешь, где у вас тут речка находится?

Кот лениво открыл глаза, и тут же вскочил.

– Алёна, – с ужасом произнес он, – что с тобой случилось?

– Да я так, в кладовке нечаянно муку просыпала… – потупилась я.

– Аккуратнее надо, – вздохнул усатый, – ладно, пошли, покажу речку.

Я отыскала в сундуке полотенце… эх, мыла-то, наверное, у них нет. Чем, интересно, они голову моют? Этот вопрос я и задала Тимофею.

– Чем-чем, – недовольно фыркнул он, – отваром травы мыльнянки.

– А он у нас есть?

– Конечно, есть – в баньке хранится. Пойдем!

Банька… Ее мне еще не показывали.