В деревне Молочко все спокойно

А местным, чтобы что прикупить или продать, приходилось пешком дня два идти до деревни, где в первый выходной месяца ярмарка проходила.

– Что же ты стоишь, девица? – отставляя чистую тарелку в сторону, вопросил Вольга. – Потерпи уж нас немного.

– Это, брат, еще не известно, – покачал головой Белозор, отирая влажные от воды руки о тряпицу, что лежала рядом с корытом. – Все случиться может. Как бы нам тут на седмицу или более не задержаться.

Оборотень наградил товарища хитрым взглядом. Точно они оба знали то, чего глупым и недогадливым деревенским девкам знать не следует.

– Послушайте, богатыри, – я наконец отняла от груди посудину и, подойдя к столу, положила ее в корыто с уже не очень чистой водой. – Вы за кого меня принимаете? Думаете, я не пойду к старосте жаловаться?

– А на что жаловаться? – развел руками Вольга, смотря по сторонам. – Не беспокойся, красавица, все что наедим, с лихвой вернем.

– Не о том она, друг, – улыбка на лице голубоглазого стала еще шире. – Но к старосте не пойдет.

Ты что же… – Он сделал шаг в мою сторону. Я благоразумно отступила. – Надеялась, что мы о тебе за это время ничего не узнали? Что Остап тебя оклеветал и после этого к тебе не каждый ходить стал. А если опять к нему жаловаться пойдешь, еще что придумает. – Заметив, что я вот-вот готова наброситься на него, молодец продолжил, выставляя перед собой руки с раскрытыми ладонями: – Не злись, красавица. Не враги мы тебе. Но к другому порядку привыкшие. Сами за собой убрать можем. И коли сказали, значит, так и сделаем.

Вздохнула, покосилась на мешок, лежащий у печи, и подумалось мне тогда, что спать сегодня не лягу. Надо побыстрее отвар на бледных поганках сделать.

– Спи спокойно, Любава, – напоследок пожелал Белозор. – Сегодня мы тебя тревожить уже не станем.

Вольга ничего не сказал. Подмигнул правым глазом и направился в сени, вслед за своим товарищем.

Наглецы, вот наглецы, а!

Постояв еще немного в одиночестве, опять осмотрелась, проверяя, все ли нормально и не надо ли где прибрать.

Время было уже позднее и по-хорошему стоило ложиться спать. Но, почему-то сна не было ни в одном глазу. И богатырь светловолосый из головы все никак не выходил.

С шумом выдохнув, пошла на улицу. Умоюсь холодной дождевой водой, что в небольшой бочке на углу дома собралась. Буду до тех пор ополаскивать лицо, пока все мысли на место не встанут. И пока я не перестану о всяких глупостях думать. Они пугали и вызывали сумятицу. Не к добру это.