В поисках златокрылой пустельги

Да и леший, судя по всему, в этом случае помогать им не станет. Если только…

– Неужели ты, дух леса, не можешь сказать им, что мы не собираемся уничтожать их дом? – раздраженно произнес Гор, крепче сжимая рукоять меча. Он был готов биться до последнего рваного вздоха.

– Ни к чему это, – махнул рукой леший. – Не тронут, если вы сами к ним не полезете. И если… на крови поклянетесь, что лес не тронете.

– Сначала не мог об этом попросить? – зло посмотрел на старика Светогор. – День языком чесал.

– Так не к спеху.

Я-то знаю, что ты зла нам не желаешь. А вот они не ведают.

– Так донес бы до них эту истину, – убирая меч обратно в ножны, чуть ли не рыча, проговорил молодой человек.

– Что же я с каждым разговаривать стану?

Продолжать спор богатырь не стал. Смысл снова языками чесать, когда тебе в затылок разная нечисть дышит? Базо тоже не жалел слушать болтовню двуногих. Порыкивал недовольно, посматривая своими черными глазами в сторону обоих мужчин.

– Челове-е-е-ек, – протянул кто-то слева.

Гор обернулся, но понять, кто это сказал, не мог. Слишком много сейчас здесь было жителей леса. Тех жителей, которые предпочитают прятаться днем. А ночью в них словно сила просыпалась. Темная и опасная для простого смертного.

– Живо-о-ой, – протянул уже другой, более скрипучий голос. – Вкус-с-сный.

– И ничего он и не вкусный, – решил помочь своему попутчику леший. – Костлявый. Точнее не так – жилистый. В зубах застревать будет.

Светогор недобро посмотрел на старичка. Показалось, что он не помогать ему вызвался, а, наоборот, погубить хочет.

Вон, как заблестели голубые глаза нечисти. Некоторые, что осмелились показать свои жуткие головы, даже облизываться стали. Так им хотелось попробовать этого самого «жилистого».

– В общем, я запрещаю его трогать, – судя по всему поняв, что своими словами он делает только хуже, приказал дух леса. – Сам надкусить пробовал, не вышло. Во, – тут он открыл рот и указал пальцем на сломанный пополам передний зуб, – сломал, – прошепелявил.

– О-о-о-о-о, – протянул тоненький женский голосок. – Он нашего лешего обидел! Убить мерзавца!

– Да чтоб вас, – сплюнул на землю старик и таки закрыл рот. Чуть палец себе не прикусил, которым на зуб указывал. – Не трогать его! Иначе поплатитесь! Узрите гнев духа леса!

– А почему он молчит? – новый вопрос. Голос у говорившего был какой-то булькающий.

Гор опустил взгляд на еще недавно такую тихую воду. Сейчас по ее поверхности расходились круги.