Где умирают сновидения?

Каждый раз у Никиты ухудшалось настроение, и день оказывался испорченным, даже если дела шли прекрасно.

Ему снилась его жертва. Во сне Никита никогда не видел ее лица – ночь вычеркивала его из памяти. А может, сознание просто пыталось защитить его от тягостных воспоминаний. Хотя в тот день он достаточно ясно разглядел перекосившиеся от ужаса черты своей жертвы. Это лицо еще долго преследовало его в те моменты, когда он забывал о делах и сидел, тупо глядя в пустоту.

Он раз за разом прокручивал в голове тот день и не мог поверить, что этот ужасный поступок совершил именно он.

Хороший мальчик, практически отличник, гордость мамы. Что с ним случилось? Откуда взялась та ярость, с которой он набросился на свою жертву?

В тот день все происходило как будто не с ним. Он прокручивал в голове те два часа, которые круто изменили его жизнь, и не мог припомнить, как именно он совершил это страшное преступление. Все выглядело так, будто он был всего лишь сторонним наблюдателем. Как будто он смотрел на происходящее откуда-то со стороны и не мог ничего изменить.

И лишь спустя некоторое время, когда Никита пришел в себя, он понял, что натворил.

Врачи предупреждали его, что после аварии, в которую он попал, велика вероятность необдуманных поступков – тяжелое сотрясение мозга даром не проходит. Но он отказался от медицинской помощи, потому что нужно было работать. Болезнь мамы ждать не могла.

Пару месяцев его мучили дикие головные боли. А потом вроде все прошло. Он очень обрадовался, ведь это сильно мешало его работе.

А после произошел этот случай. И ни одна живая душа не узнала, что именно он оказался причастным к этому преступлению. Почти ни одна…

Конечно же, Никита тут же помчался в больницу и прошел полный курс лечения. Слава богу, больше подобных приступов с ним не происходило. Но тот день уже невозможно было вычеркнуть из его жизни. Жертва по-прежнему являлась во сне и смотрела на него пустым взглядом.

Сегодня сон был особенно тягостным. На лице вдруг проступили неясные черты – в первую очередь глаза.

В них застыла жалость к нему. Он не мог понять, почему глаза грустят о нем, ведь он жив и здоров. А настоящая жертва – это их хозяин. Именно о нем следует скорбеть. Но глаза упорно ловили его взгляд, словно пытаясь что-то сказать.

А потом неожиданно появился рот. Никита точно помнил, что у жертвы рот был иным. Небольшой, с тонкими губами. А этот рот принадлежал другому человеку. И он даже может сказать кому.