И тысячу лет спустя. Ладога

Как она могла уйти вот так? Уйти, когда ее последние слова были словами о разводе?

– Ладно, неинтересно, – Аристов махнул рукой и, опершись подбородком на руку, уставился куда-то на стену за спиной стажера. – Мне надо знать все о пропавшей. Где она была, что делала весь последний месяц, с кем встречалась…

– Почему так сразу? – хмыкнул толстячок. – Вы подозреваете… что это преступление? Думаете, муж?

Аристов медленно перевел взгляд на стажера, сфокусировался на нем, несколько раз хлопнул ресницами, будто думая, какой ответ выдать, чтобы его напарник перестал задавать лишние вопросы.

– Меньше знаешь – крепче спишь! – отшутился опер и встал с кресла.

– Вот совсем не так, Марк Алексеевич! – простонал с обидой мужчина. – Чем больше не знаешь – тем меньше спишь и больше додумываешь!

– У тебя тут… – опер улыбнулся и ткнул пальцем себе в подбородок, – творог… от слойки. Все, я ушел спать.

– Марк Алексеич?

– Ну что?

– А вам когда-нибудь говорили, что вы похожи на этого… как его там… актера…

– Макконахи? Да.

Только вот ты вовсе не Мартин[3 - отсылка на сериал «Настоящий детектив», в котором Мэттью Макконахи сыграл детектива Раста Коула, а его напарника Мартина Харта – Вуди Харрельсон.]. Работай давай. Я ушел.

Аристов всегда раздраженно реагировал на подобное сравнение, скрывая то, как на самом деле ему это льстило. Даже от самого себя.

В следующую ночь Марк вовсе не спал. Он все думал и думал: «Она или не она? Она или не она?..»

***

Александр неторопливо вернулся в туристический деревенский домик, в котором они были с женой последние два дня.

На кровати до сих пор лежало нетронутое смятое одеяло, пахнущее ее духами, и открытый ноутбук. Чашка недопитого кофе стояла на столе. Они так и не позавтракали с утра: Александр торопился по своим делам, по которым они и приехали в Старую Ладогу. Он вспомнил, как в очередной раз отказал ей в занятии любовью и стиснул зубы. А после она сообщила о том, что хочет развестись. Что это? Вина? Неужели он впервые ее чувствовал? Или все же задетое эго? Александр осторожно нажал на клавишу, и на экране засиял лист документа, испещренный строками.

Александр по привычке насыпал в миску собачий корм и позвал Бруни. Никто не пришел, хотя на мгновение он даже зажмурил глаза: вдруг это все сон? вдруг чудеса существуют? вдруг она сейчас откроет дверь? Вся замерзшая, заплаканная, что потеряла дорогу домой, и бросится на шею, а Бруни будет лезть на руки виляя хвостом.