И тысячу лет спустя. Ладога

– Что, простите? – она пятерней расчесала взъерошенные от бега волосы и подула на прядки, упавшие на губы. – А, да… если можно, давайте побыстрее. Спасибо! – и широко дружелюбно улыбнулась.

– Будет, – кивнул паренек и включил радио.

Мирослава уставилась в окно и принялась считать людей в черных одеждах, чтобы успокоиться и унять тревогу. Этому ее учил психолог. Черных одежд, курток и шапок было так много, что ей подумалось: почему люди не носят яркие цвета? Потому ли, что это практично в дождливой литературной столице или потому, что люди хотят быть незаметными? Она и сама не носила ядовитые оттенки и избегала их во всем – будь то одежда или домашний интерьер, и объясняла это огненными волосами, которые и так бросались всем в глаза.

Тогда она стала искать людей и машины красных цветов, но громкая музыка в такси то и дело отвлекала:

Я бы прыгнула в эту реку,

Если бы не было человека,

Который утонет,

Если прыгнет за мной[6 - текст песни Pavluchenko – Река (ft. Alexey Krivdin).

***

Мирослава помнила эту песню. Из-за того, что она часто играла на повторе у мужа в машине, Мирослава ее ненавидела. Так уж случалось, что они с мужем ругались каждый раз именно в машине. У Александра не было другого времени, чтобы поговорить, или точнее, «поговорить с женой» не было в списке его дел, и тогда, в машине, он оказывался в ловушке. Жена засыпала его вопросами, и, будто ледяной водой, окатывала потоком эмоциональных речей и признаний. А он все равно молчал.

– А я бы прыгнула, – сказала она однажды, отворачиваясь к окну.

– Что? – произнес Александр.

– Она поет, что прыгнула бы, если бы не было человека, который прыгнул бы следом. Я и говорю. Я бы прыгнула за тобой. А ты?

– Почему ты любишь задавать такие глупые вопросы? – выворачивая руль, ядовито прошептал Александр себе под нос. – Ты будто ребенок, который застрял в теле женщины. Я так устал от тебя. Честно.

– Так, прыгнул бы или нет?

– Зачем мне это делать?

– Чтобы спасти меня? – Мирослава ответила почти шепотом и посмотрела на мужа большими глазами: она уже и сама не понимала, кто из них монстр.

– Спасти человека, который сам решил умереть? Нет. Это его выбор.

– Поняла, – Мира отстегнула ремень, готовясь выйти. – Прости. Я просто через эту метафору пыталась сказать, что люблю тебя.

Александр припарковался.