Сладости-Гадости

Но как только видели Саргуса, в недоумении останавливались, прижимаясь друг к другу, словно от холода, испуганно оглядывали его с ног до головы и перешёптывались, будто не верили своим глазам и хотели подтверждения у подруг.

Саргус вошёл в ворота. В городе ничего не изменилось: всё те же маленькие сахарные домишки с круглыми остроконечными крышами, аккуратные дорожки, выстланные разноцветными конфетками – «морскими камешками», белоснежные беседки, заборчики, скульптуры и скамеечки из кристаллов неочищенного сахара, и ни одного живого кустика или травинки.

Вся зелень осталась за воротами. Только здесь такое возможно: в этом городе никогда не шёл дождь. А вот за воротами и в садах, где властвовала Фруктиния, ливни порой смывали всё на своём пути, напитывая деревья, кустарники и траву влагой.

Наконец Саргус оказался на площади напротив дворца Сахарессы около самой большой сахарной скульптуры бабочки с ажурными крыльями, сверкающими миллионами кристаллов в лучах заходящего солнца. Саргус осмотрелся: высокая центральная башня со множеством окошек; пёстрые крыши со шпилями на макушках; гладкие белые стены; голубые прозрачные ставни с леденцовыми окнами, огромная массивная дверь с сахарными енотами по бокам и… по-прежнему нет охраны.

Саргус улыбнулся про себя: жизнь их ничему не научила. Кто в этот раз их спасёт?

Он шагнул к замку. Если ему сейчас удастся убедить фею в своём раскаянии и Сахаресса поверит, значит, дело получится провернуть по-тихому, а если не поверит, то… тем ей же хуже!

Но не успел колдун взяться за массивную дверную ручку в виде огранённых кристаллов, как за дверью раздался шорох крыльев и она распахнулась.

На пороге стояла Сахаресса. Она нисколько не изменилась за эти годы. Всё та же девчушка лет девяти, если оценивать по меркам человека. Из-за её плеча испуганно выглядывала феечка-помощница.

– Саргус? – видно было, что Сахаресса пытается говорить спокойно, но её выдавали полупрозрачные крылья, по которым пробегали яркие красные и фиолетовые всполохи. А в голубых глазах с темно-синими и ярко-золотыми вкраплениями на радужке, похожих на ночное небо, мелькала тревога.

Она подняла руку, видимо, чтобы позвать сестёр на помощь, но колдун быстро перебил её.

– Нет! Сахаресса! – воскликнул он. Фея замерла и с удивлением посмотрела на колдуна. – Разрешите сначала всё сказать, – Саргус был доволен произведённым эффектом: она растеряна и не позвала сестёр. Осталось заговорить её. Он умоляюще посмотрел на фею. – Я пришёл с миром.