Сторож брату своему

А потом вытер жирные губы и захохотал в голос:

– Ну давай мне еще, плачу шесть даник, и никому не говори, что Ахмед Алтан-батур, хорчин Галдан-Цэрэна, ел пилав на базаре даром и в одолжение!..

Мальчишки-попрошайки, подныривая под брюхо лошади, дергали за стремена, степняк смеялся, подкидывал им мяса, побирушки начинали крикливую свалку среди ошметков и тростниковых стеблей – не хуже воробьев, долбивших клювиками по крышкам чашек с пловом. На катающихся и вопящих мальчишек наступали люди, толпа гомонила, толкалась, тыкала пальцами, торговалась, бритый затылок жующего джунгара блестел, Халид зазывно орал и размахивал ладонями, направо от него замотанная в черную абайю тетка торговала дровами, сучковатые тощие вязанки уходили одна за одной, рядом с ней на обрывке ковра сучил ножками младенец и тоже орал…

– Сейид?.

.

От неожиданности Тарег поперхнулся абрикосом – вот это да, его застали врасплох, хорош маг, нечего сказать…

Молодой парень со смуглой кожей ашшарита и узкими глазами степняка весело скалил ровные белые зубы.

Одет он был также на ашшаритский манер – черно-белая куфия с черным же икалем, белая длинная рубаха до колен и прекрасный бурый бишт из дорогой тонкой шерсти. На ногах туфли, а не сандалии слуги.

А самое интересное, парень, разглядевший его сквозь покрывало, держал Гюлькара за повод. Крепко так, уверенно. И, запрокинув лицо, доброжелательно улыбался. Во все тридцать два зуба.

Слизнув подтекающий сок, Тарег снова откусил от абрикоса. Вынув из завернутого подола фараджии еще один, жестом предложил остроглазому незнакомцу – будете, почтеннейший?.

.

Тот заулыбался еще сильнее, кивнул и поймал абрикос. Глядя Тарегу в глаза, надкусил и – все так же не отводя взгляда – прожевал кусок. Затем вынул и бросил наземь косточку.

– Благодарю, сейид. Хороший абрикос, я не знал, что уже торгуют такими.

– Надо знать, где брать, – усмехнулся нерегиль. – Лучший рынок в пригороде – в медину привозят только самое дорогое, и только те, у кого есть чем заплатить пошлину.

А среди дуканов торгуют лучше и дешевле.

– Хорошо, что я не смотритель рынка, – притворно нахмурившись, погрозился пальцем бесстрашный полуашшарит. – За торговлю не обложенным пошлиной товаром налагают взыскание и на торговца, и на покупателя, сейид…

И, посмотрев на чуть выдвинутый из ножен меч – Тарег держал большой палец на оковке гарды, готовясь выщелкнуть клинок сильнее, – добродушно заметил:

– Вы зря беспокоитесь, сейид.