Угасающий свет, сияющая тьма: Перерождение

И все же… Почему у ее врага лицо Лимина?

– Лимин, ты не можешь опоздать на собственную коронацию, – Мина стояла на пороге его кабинета, скрестив руки на груди.

Все верно. Его обязанности, его народ – вот, что сейчас выходит на первый план. Он шел к этому пятнадцать долгих лет. Колебаться из-за поступков одного человека – не в его характере. К тому же, коронация – это то, что предшествует более важному делу – после нее он отправится в Приграничье. И, наконец, сможет разобраться с Дикарями, не прекращающими набеги на земли его подданных.

Он видит, как война с ордой стучится в двери и не собирается отступать.

Лимин кивнул и поднялся из-за письменного стола. В ситуации с Алисой он разберется потом. Разберется обязательно. Но сейчас нет ничего важнее Империи. Его Империи.

Глава 4. Перемены

– Ты знаешь, как тебя зовут? – Эрин впервые обратился к ней.

Девушка лишь покачала головой. За последние несколько дней Эрин успел заметить, что новая пленница не очень-то разговорчива.

Никто не знал о чем она думает. Никто не знал кто она и откуда. Самое ужасное заключалось в том, что она и сама этого не знала. Эрин попытался представить каково это – не знать кто ты и откуда пришел. От одной мысли мурашки бегут.

Прошла почти неделя с того момента как она очнулась, сейчас она помогала на кухне двум рабыням – единственным представительницам Светлой Империи среди пленников. Ей повезло, что ее не направили на каменоломни. Но Эрин слышал, что надсмотрщики просто решили поберечь девушку до ближайших крупных торгов – а там кто знает, куда ее продадут – может в богатый дом, а может и в бордель.

О борделях Эрин имел смутное представление – а когда спросил одного Темного о них получил в ответ смешок и тычок под ребра, мол, слишком мал еще. И ничего он не мал, ему уже шестнадцать! И все же по представлениям Эрина, бордель – не лучшее место для бедной новенькой. Уж лучше пусть продолжает помогать на кухне. Хотя с ее появлением стряпня не очень-то и улучшилась.

И все же после прихода новой рабыни их быт в каменном мешке несколько оживился. Всем было интересно вычислить, кем она была до того, как потеряла память. Старт и вовсе почти не отходил от угла, где обычно ночевала пленница. Ну его понять можно – она была второй Темной в их каменном мешке, с Дикарями, кроме Эрина, особо не поговорить даже. Эрин в последние дни тоже держался поблизости, особенно после нового сна.