Записи Эндрю

– Гарри, а Сюзанна знала, что вы хотите с ней развестись?

– Да. Наш разговор состоялся за неделю до гибели сына. Я сообщил Сюзанне, что мой адвокат готовит документы по бракоразводному процессу. Просил ее не беспокоиться по части финансов, ей полагалась квартира и приличная сумма денег.

– И как она отреагировала?

– Она разозлилась. Кричала, что ей не нужны мои подачки. Сказала, что зря согласилась выйти за меня замуж, что я испортил ей жизнь. Я просил ее успокоиться и переговорить обо всем позже.

– Для нее это был удар.

Она прожила с вами тридцать лет и, вероятно, любила вас. А что по поводу сына?

– Я намеревался забрать Джона и растить в другой семье, в нормальной семье. Но Сюзанне ничего не сказал. В тот день, когда Джон погиб, я хотел познакомить его с Мартой.

– А вы не думали, что скандал между Сюзанной и Джоном мог разразиться на почве вашего развода?

– Я много думал и продолжаю думать, доктор Саммерс. Но мы живем в современном обществе, в свободной стране, и люди разводятся. Я долго не решался быть счастливым, мне всегда казалось, что многие пары так и живут, что в каждой семье свои проблемы.

Но сейчас, живя с Мартой, я понимаю, как был не прав. Нужно было развестись с Сюзанной еще лет десять назад.

– Все имеют право на счастье. Соглашусь, что развестись вам нужно было еще давно, но вы этого не сделали. Вы не взяли на себя ответственность, а должны были. Этот брак истощил вашу жену психически, она не нашла счастья ни в браке, ни в материнстве. От такой жизни любой может сойти с ума.

– Вы меня обвиняете, доктор?

– Я никого не обвиняю. Скорее анализирую произошедшее. Нужно было обратиться к психологу, спросить совет, как лучше сообщить жене о разводе, зная о ее неустойчивой психике. Но все уже ровно так, как обстоит. Мы часто делаем, а потом думаем. Самое печальное – это гибель вашего сына.

– Расскажите нам, Гарри, как погиб ваш сын, что вы видели? – спросил Томас.

– Как уже говорил, я планировал заехать домой, забрать Джона и поужинать вместе с ним и Мартой.

Около семи часов вечера я припарковался у дома, вышел из машины. Посмотрев наверх, увидел, как мой сын летит вниз. Я закричал и побежал, думал, что успею поймать, но не успел. Вновь посмотрев на наше окно, увидел Сюзанну, она что-то кричала. Я подбежал к Джону, пощупал пульс. Пульс не прощупывался. Это был шок, я рыдал, кричал, звал на помощь, не мог поверить, что мой мальчик мертв. Кто-то вызвал службу спасения, меня увезли вместе с Джоном в больницу.