Оттенки пахнут прикосновениями

Жесты, фразы – многое значительно нервировало. Связано ли это с Хантером? Думаю, напрямую.

Вчера прошла гонка. Доминик одержал победу, Шон оказался третьим. Четверо участников отправятся на следующее состязание в Великобританию. Я узнала это от Рокси, которая, судя по всему, собралась составить своему молодому человеку компанию в этом занимательном путешествии, которое будет длиться, вероятно, несколько месяцев, учитывая другие локации, которые были обозначены главными тренерами финалистов.

Сегодня я, Доминик, Рокси и Шон собираемся в каком-то пабе. Для меня это будет отличной возможностью узнать побольше о семье Бейли от Доминика и об их увлекательном хобби, которое все никак не выходит у меня из головы.

День в школе проходил незаметно, меня даже никто не успел выбесить, но, как мы все знаем, жизнь не кажется такой умиротворенной и безобидной, пока на пути не появится тот, кто позарится на устоявшуюся безмятежность, осмелившись спровоцировать тебя на нехорошие поступки.

Эстер поджидала меня с подругами на парковке.

– Решила сдаться, Филлипс? На тебя это не похоже! – стерва побуждала меня к ответной реакции, – передай своей подружке, что ее роман долго не протянется, а что касается тебя, – она осмотрела меня с ног до головы, – ты до конца своей жизни останешься одинокой и несчастной, потому что никому не нужна, ведь даже, как ее зовут, подождите… Р… Ропси, да? Даже это жалкое подобие меня бросило тебя.

Я сорвалась с места и рукой прижала Эстер за горло к забору.

– Теперь послушай меня! – прорычала я, вокруг парковки собралась толпа любопытных зрителей, ведь в шоу участвовали когда-то неразлучные подруги детства, – не смей совать свой нос, на который ты делала кучу дорогущих операций, оправдываясь тупыми причинами его горбатости, не в свои дела, – послышались шепотки, ведь все думали, что Эстер супер-натуральная и с рождения является ничтожной копией Барби, – у меня совершенно нет настроения и желания разбираться с тобой радикально, да и я пообещала кое-кому сказать тебе спасибо за все то дерьмо, которым ты поливала меня всю жизнь.