Обезглавленное Древо. Книга четвертая. Проклятый свободой

Сильван не раз уже пытался уговорить ее постричься, но без толку – Крис упиралась, как морковка, которую тянут из глинистой земли.

Пара кусков пласта сделали хозяина ближайшей телеги на удивление сговорчивым. Сильван и Крис устроились на груде прохладных ярко-оранжевых тыкв, перекусили захваченной на постоялом дворе снедью. Долгий переход давал о себе знать, а дорога, несмотря на трещины, все еще оставалась поразительно ровной. Колеса катились по ней, как по маслу, и от этого в сон тянуло еще сильнее.

Но ни Сильван, ни Крис не позволяли себе задремать – даже здесь, на тракте, они еще не были в безопасности.

Поэтому сразу заметили, что дорога раздвоилась, словно река, охватывающая своими водами остров. Левое ответвление резко пошло вверх, опираясь на гигантские серые колонны, правое – по ней и ехала телега – по-прежнему шло понизу, в окружении густого леса.

– Считай, прибыли, – ответил возница на вопрос Сильвана и широко улыбнулся, обнажив остатки зубов, – вот он, Монт, почти что перед вами.

В этот миг деревья расступились, и перед ними и впрямь предстал Монт – город Древней Дороги.

Хорас больше не заговаривал о прекращении поисков. Но на следующий день они с Айком не сговариваясь собрались и покинули постоялый двор. Лошади хорошо отдохнули и нетерпеливо приплясывали в предвкушении скачки.

За два месяца кочевой жизни Айк отлично научился ездить верхом и с улыбкой вспоминал о том, какого страху натерпелся, сидя на лошади в первый раз, пусть и позади Хораса.

Тогда ему казалось, что он вот-вот упадет и расшибется насмерть. А теперь самая норовистая лошадь не смогла бы его сбросить.

Собственно, он держался в седле получше Хораса, которому привычнее была палуба корабля, чем верховая езда. В первый миг Айк обычно давал лошади «выпустить пар», и она неслась галопом вперед, пока не успокаивалась и не начинала лучше слушаться седока.

Но сегодня он изменил этой привычке.

Они стояли с лошадьми в поводу посреди заросшей дороги, солнце только-только поднялось над лесом, и по-осеннему холодная ночь давала о себе знать.

Ветер стих, светло-голубое небо покрывали небрежные мазки облаков.

Хорас молчал, словно давая Айку последнюю возможность подумать. По дороге можно было поехать в любую сторону – к побережью или вглубь материка. Но Айк до сих пор так и не решил, что же ему теперь делать.

Прекратить поиски и уйти с Хорасом в море? Тогда чувство вины не даст ему покоя до самой смерти.