Грань миров

Ходят, правда, слухи, что король специально запер дочь, чтобы ее не украли…

– Не украли? – не очень уверенно пискнула девушка.

– Ха! Ладно, посмеялись и будет. Я собирался поспать, денек выдался еще тот с вами – предателями! Давай вот как: запру тебя в клетке, а завтра встретишься с «папочкой». Я лично доложу ему о визите «принцессы» в тюремные камеры!

Мужчина явно забавлялся, видимо, представляя, как девушка будет краснеть перед королем за вранье. Судя по звукам, он поволок ее вдоль камер.

– Тьфу ты! – ругался стражник.

 – Куда ж девку посадить, чтобы со своими не болтала…

Он остановился возле камеры Вадима.

– Точно, этот помер же сегодня, – пробормотал он себе под нос, добавив уже громко: – Давай, «принцесса», доброй ночи!

Стражник толкнул девушку в спину. Она упала на пол, неловко подвернув руку и неуклюже распластавшись на куче грязного тряпья. Мужик посмеялся от души и ушел. Видимо, он не переживал, что девчонка сможет вырваться.

Илеора села на пол и с опаской огляделась по сторонам.

Сейчас она больше походила на нашкодившего подростка, чем на принцессу голубых кровей. Зачем она сюда пришла, да еще одна… Но мысли Вадима не хотели развиваться в этом направлении. Все, что с ним делали прошлым вечером так явно вспомнилось, словно это происходило сейчас. И вихрь отчаяния, страха и злости завертелся в голове со страшной силой. Вот она причина его бедствий – перед глазами.

Вадим дождался, когда шаги стражника стихнут, и выбрался из укрытия. Идти было тяжело, ноги подкашивались, раны ныли и чесались, сковывая движения, и он опустился на четвереньки.

Боль слегка отступила, затуманенная яростью, которая расползалась по венам и заставляла сердце колотиться в бешеном ритме. Сейчас он ненавидел эту девчонку больше, чем палачей и соседа вместе взятых. В голове возник и окреп план мести принцессе, а заодно и ее безмозглому папаше. Ох, зря девчонка сунулась в подземелье!

Плевать, что сам на ногах не стоит, плевать, что она пришла добровольно. Он отомстит. И ей, и королю, и самому себе в первую очередь за непроходимую глупость – надо было послать проклятого соседа ко всем чертям, а не идти на поводу.

Увидев Вадима, Илеора вздрогнула. Вряд ли принцесса узнала его, оборванного и грязного в тусклом свете далекого факела. Она пискнула, как полевая мышь, и начала отодвигаться. Вадима бросило в жар, его трясло от ярости. Все, что хотелось сейчас – это отомстить за всю боль и отчаяние, что он пережил. И кажется, у него появилась идея.