Ненаучный подход

Ксенька даже живет в гостинице, а не в замке! Чудные дела…»

***

Глядя на госпожу Ксению, Виктор испытывал странную смесь уважения и недоумения. После войны с Потрясателем и магического катаклизма, создавшего Мутные озера и болота, серьезная боевая магия оказалась под строжайшим запретом. Дракон Триедин, ректор Академии, неукоснительно за этим следил. Все записи об артефактах и заклинаниях, способных расколоть землю, были уничтожены. Некоторые – вместе с особо упорными магами. Да и не собрать сейчас колдунам такого чудовищного количества энергии, тогда весь цвет магического мира потрудился.

Боевое колдовство попроще запретить было невозможно, любой маг-стихийщик, если сил хватит, может создать стену огня или ледяной смерч. Поэтому был объявлен запрет на использование любой магии в военных действиях. Для лекарей сделали послабление – но и только.

Спустя пару веков боевые маги стали попросту не нужны. Батарея из десятка пушек куда дешевле и эффективнее чванливого колдуна-всезнайки, лезущего в политику.

Но запрет действовал, пока был жив Триедин.

Когда гётская принцесса сумела добить древнего мага, оставшимся колдунам стало не до того. И Ксения Красницкая воспользовалась случаем.

– Как вы стали боевым магом, сударыня? – спросил Виктор из вежливости. Нужно было, по заветам старших следователей, налаживать отношения с новым экспертом.

Ксения пристально посмотрела Виктору в глаза.

– Со злости, – сказала она с пугающей откровенностью.

 – Когда Николай Гнездовский сообразил, что еще чуть-чуть, и его наследник женится на «худородной девице», меня вышвырнули из княжества. Выглядело это так, будто у меня проснулись способности и тяга к знаниям, а добрый дядюшка Николай, – она чуть скривилась, – помог отправиться в Дракенберг. Б-благодетель, – как будто сплюнула она. – Там я стала изучать нестандартные методы применения стихийной магии, – уже намного спокойнее продолжила Ксения.  – В том числе боевые. Ректора Триедина уже не было, Ученый совет дрался за власть, всем было плевать на гнездовскую девчонку с архаичными фехтбуками.

– Вы, простите, всем малознакомым людям рассказываете настолько личные подробности? – слегка опешил Виктор.

– Нет, – обезоруживающе улыбнулась Ксения. – В Гнездовске – только вам. И надеюсь на вашу деликатность… Видите ли, вы мне очень интересны. Ваше Благословение уникально.