Двое из ларца и бабка Ёжка в наставницы

– Да, мальчики, в связи с этим у меня еще есть вопросы, но я сейчас опоздаю на свою первую пару, – поторопила я парней, не желающих двигаться вперед. До аудитории оставался еще один пролет, а время звонка неумолимо приближалось. Не хватало еще обучение начать с опоздания.

В аудиторию я успела забежать одновременно со звонком, и очень была рада, что Марфу однокурсники не любят. Место рядом с подругой оставалось единственным свободным в переполненном студентами помещении. Первый месяц весь поток учится вместе, изучая историю загиба, азы магии и экспериментальным путем определяя свое направление в ней.

– Доброе утро, первый курс, – в аудиторию вошел пожилой мужчина с небесно-голубыми добрыми глазами. Интересно, что он за персонаж. – Сегодня у нас с вами вводная лекция по магическим основам. Я расскажу вам, как будет проходить обучение и распределение по кураторам.

Студенты замерли, слушая с благоговением. Низкий, бархатистый голос, проносился по классу, проникая в голову каждого слушателя.

В каждом слове, интонации, движении, чувствовался многолетний, отточенный опыт. Нам бы таких учителей в школы – каждый ребенок бы стал отличником!

Полтора часа лекции пролетели незаметно, все это время я слушала, раскрыв рот то, что, как пояснила Марфа, местное население и так знало с рождения. Но так как большая половина студентов прибывает в академию из совершенно непохожих друг на друга миров и времен, приходилось начинать обучение с самых азов. Никакой практики, тут я расстроилась, сегодня не было, но это немного компенсировалось историей о том, откуда берется моя сила, как ей управлять и как ее почувствовать.

Последнее было даже важнее, чем ее использование, потому что мой «магический потенциал» видели все, кроме меня.

Оставшиеся три пары прошли в том же ключе. Преподаватели с нами знакомились, рассказывали о своем предмете и перечисляли профильные возможности. Угадать, кстати, кто каким фольклорным персонажем является, я не смогла, предположив, что возможно, они не такие уж и частые, а временной загиб покидало всего несколько процентов местного населения.

Единственная, о ком я могла бы выдать парочку предположений, оказалась преподаватель по травологии. Почему-то глядя на женщину с длинными, белыми волосами, белоснежной кожей и алыми, как кровь губами, мне виделся ночной мотылек – ворогуша. Озвучивать свои идеи я, правда, не стала, попробую позже выведать у Кирилла или Тимы.