Птицы молчат по весне

Никто не может противиться её страсти, никто не может перед нею устоять…

Но ведь Анна – не мавка! Она ничего не знает про них и даже не умеет пользоваться собственным магическим даром! Эта мысль вернула его к действительности; Всеслав глубоко вздохнул и сжал руки Анны в своих ладонях.

– Анна Алексеевна, – попытался он выговорить, но получился какой-то хриплый шёпот.

В ответ графиня Левашёва засмеялась воркующе-тихо, будто горлица, скользнула к нему ближе и коснулась его щеки нежными, точно лепестки ландыша, пальчиками.

Всеслав потряс головой, чтобы избавиться от наваждения.

– Анна Алексеевна, прошу вас, подождите…

– Что ты? – прошептала она в ответ. – Не говори ничего… Молчи…

Всеслав едва не застонал: так эти интонации напомнили их со Златой безумные, страстные до саднящей боли, ночи. Он всегда предчувствовал её уход! Но сейчас – нет, нет, так нельзя!

Он молчал, употребив всю волю, чтобы не откликаться на ласки. Затем собрался с силами и приподнялся.

– Графиня. Я не прошу простить меня за что, что произошло, но… Я не могу остаться с вами этой ночью.

Она вздрогнула, поспешно отстранилась и потянулась за валяющимся на полу халатом. Князь Полоцкий видел, как матово-смуглое лицо Анны – да, это снова была графиня Левашёва – покрылось горячечным румянцем. Он поспешно отвернулся: таким молодым и прекрасным было её смуглое, стройное тело, освещённое багровыми отсветами догоравшего камина. Если он станет смотреть на неё – пожалуй, снова не выдержит!

– Ч-что? Почему вы так?.

. – её голос по-детски дрожал – казалось, она готова была опять расплакаться. – Князь, я ничего не понимаю. Я пришла к вам, как к единственному защитнику… Больше мне некому довериться.

Чувствуя себя последний скотиной, Всеслав опустился на колени перед атласным диваном, на котором он минуту назад едва не совершил, по его же мнению, бесчестный поступок… Он зажмурился. Кого он так страстно желал только что – Анну или свою возлюбленную Злату? Или обеих – потому что никто не может перед их чарами устоять?! Но ведь он, государь волкодлаков, не должен бездумно поддаваться колдовству, словно отрок, впервые встретивший мавку или русалку на своём пути?

* * *

Анна в замешательстве смотрела на Вацлава Брониславовича, забыв даже оскорбиться.

Она уже готова была позволить ему назвать её своей, раз и навсегда! Ведь он же сам обнял её и увлёк на это узкое, неудобное ложе!

Князь стоял рядом на коленях, покорно опустив глаза, точно на молитве.