Раб Петров

Она нагнулась и приласкала кота, который звонко замурлыкал в ответ.

Андрюс медленно приблизился к незнакомке, чувствуя какую-то неясную обиду и на неё, и на Тилуса.

– Нам пора идти домой, – сухо сказал он и подхватил котёнка на руки. – Простите, панна.

Девочка подняла глаза – в них играли отблески солнца, каким-то чудом вдруг пробившегося в лесную чащу. Вдруг выражение её лица изменилось: она заметила мёртвую волчицу под елью. Девочка подбежала к волчице, наклонилась к ней и огорчённо покачала головой.

– Это я, – сам не зная, для чего, сознался Андрюс. – Я убил. Я не хотел, панна, правда.

Губы у него задёргались. Отчего-то ему показалось, что красавица-незнакомка сейчас поднимет глаза и скажет сухо и резко: «Вон из моего леса». И ему никогда не позволят сюда вернуться.

Однако она произнесла совсем другое:

– Знаю, что не хотел. Не казнись, отрок – научишься. Ты не виноват.

Андрюс молча смотрел себе под ноги, затем перевёл взгляд на девочку: в руке у неё была свирель, вырезанная из ветви бузины.

Вот, значит, кто приходил к его любимому озеру!

– А… её волчата, что с ними будет? – задал он вопрос, не дававший ему покоя.

– Я заберу их к себе, – без колебаний ответила незнакомка. – Это моя вина: надо было торопиться, а я запоздала. Тебе который год?

– М-мне? – он так удивился, что не сразу сообразил, что ответить на такой простой вопрос. – Вот, сестра Ядвига недавно говорила, восьмой уже пошёл…

– Восьмой? А смотришься, будто… Впрочем, – прервала сама себя девочка, – это всё после.

А прежде запомни: с камнем должен научиться обращаться так, чтобы слушался тебя беспрекословно, да не вредил больше надобного. Ты это сможешь, не сомневайся, Андрюс.

Он кивнул, заворожённо глядя, как под её плавным жестом земля под мёртвой волчицей мягко проседала, проваливалась, осторожно и бережно принимая в свои недра тело хищницы… Вот уже и не видно волчицы – а на месте схрона потянулись к небу кустики черники, травинки, несколько цветков вереска… Незнакомка что-то шептала на непонятном языке, но Андрюсу показалось, что он где-то уже слышал похожее.

– Как ваше имя, панна? – робко спросил он, и только тут сообразил, что несколько мгновений назад она сама назвала его по имени, а ведь он не успел представиться.

– Гинтаре, – ответила девочка, не прерывая своего занятия.

«Как красиво!» – подумалось ему. Гинтаре – янтарь… И правда, «янтарь» для неё было самым подходящим именем.