Раб Петров

И о сестрицах своих подумай: они-то тебе способствуют небось, тоже краденое прячут? Им каково будет, коли воровками выставят?

* * *

В какой-то миг Андрюс испугался, что больше не выдержит – и тогда слетит с ведьмина перстня изумрудный всполох, дядя завопит, завоет, покатится по полу… И останется недвижим, совсем как та волчица, которую Андрюс убил нечаянно. Только вот она заслуживала такой участи куда меньше, чем человек, стоящий перед ним.

Только мысль, что Кристиан – матушки родной брат, что когда-то его мать играла с ним, любила, а не только боялась, как сейчас – эта мысль помогла удержать себя в руках.

Андрюс старался дышать спокойно; Тихон, чувствуя настроение хозяина, весь подобрался… Вот-вот вцепится в красную, самоуверенную физиономию Андрюсова родича.

Он с трудом разомкнул одеревеневшие губы и сильнее прижал к себе Тихона:

– Хорошо, дядя, коли приказываете – подумаю.

– То-то же, – бросил Кристиан и покинул комнату.

* * *

Тем же вечером Ядвига от ужина отказалась, с трудом добралась до постели.

После того, как с помощью Иевы старшая сестра улеглась, Андрюс подошёл к ней. Он не собирался обрушивать на Ядвигу нынешние события, но вот убедить её не выходить на работу завтра надо было непременно.

– Ах, да я бы рада, братец, да нельзя, – вздохнула сестра. – Я и хозяйке-то моей должна… Помнишь, приносила я батюшке настойку от лекаря, что кровь чистит да память возвращает? Батюшка тогда почти до праздников Катарину-покойницу не звал, да и не спрашивал про неё…

– На лекарство отцу в долг брала? Ладно…

Андрюс тяжело вздохнул.

Мало им забот! Он укутал сестру получше, чтобы не дрожала в ознобе, принёс ей и своё тонкое, вытертое одеяльце.

– А всё-таки работать тебе завтра нельзя идти! Я добуду денег – отдадим долг, не печалься!

– Опять со своим Никитой пойдёте игрушки тайком продавать? Ох, Андрюс, не нравится мне это…

Он мрачно усмехнулся. Уж как ему самому всё это не нравилось, знала бы сестра!

– Ничего, не тревожься…

Вошла тётка – жена Кристиана, женщина хотя и глуповатая, но добрая и жалостливая.

Она принесла Ядвиге оставшуюся с ужина похлёбку и горячего молока с маслом от кашля. И Андрюс был рад, что дальнейший разговор с сестрой можно пока отложить.

* * *

После нескольких удачных дней, когда им с Никитой удавалось продать по нескольку игрушек зараз то зажиточным крестьянам, то ремесленникам, а то и богатым купцам – приятель совсем осмелел, точно с цепи сорвался.