До потери пульса

Я аж "присела" от его последней фразы, но виду не подала, а зыркнула глазами на часы, которые сигналили о скором старте. Я старалась не смотреть на нахального врача и надевала перчатки. Неожиданно, с точностью до секунды в дверь постучали и к нам вошли двое, женщина лет сорока – сорока пяти и девочка лет тринадцати-пятнадцати.

– Здравствуйте! – Начала женщина.

И бросила на меня такой взгляд, в котором искренне не понимала, что я тут забыла.

– Это ваша медсестра?! – Спросила она у Михаила.

– Нет, это интерн.

– А выйти она не может?! – Никак не уймется женщина.

А я тем временем обратила внимание на девочку, которая сидела рядом с ней, опустив глаза и краснея.

– Нет, она будет рядом. Она приехала сюда именно с целью обучения и опыта. – Уверял её Миша.

– А я бы не хотела, чтобы моя дочь стала подопытным кроликом и объектом обучения!

Я посмотрела на Мишу, глаза которого из мутных стеклянных холодных враз превратились в яркие мятно-голубые искристые огоньки!

– Если вы не против, то мы начнём приём, иначе вам стоит покинуть мой кабинет.

Ей ничего не оставалось, как согласиться на его условия и представить картину событий, за которые, как я поняла, ей стыдно.

– Осмотрите мою дочь! Она говорит, что у неё болит живот. – Говорила эта женщина полушепотом.

Ещё до осмотра я поняла, дело пахнет керосином.

– Марина Сергеевна, прошу! – Скомандовал Миша.

Девчонка залезла на кресло за кушеткой, а я спросила только об одном.

– Половой жизнью живёте?

Она перевела взгляд с меня на мать, и тут все сразу стало понятно.

– Вам нужно выйти, пожалуйста.

Он аккуратно вывел мамашу, а я, стараясь вызвать её доверие, спросила.

– Срок, знаешь какой?

– Нет. – Ответила мне девочка.

И после определенных телодвижений я все про неё выяснила. Оставалось как-то преподнести эту новость маме.

– Срок десять недель, не меньше.

– Какой срок, вы о чем?! – Прекрасно всё понимая, вопила мать.

– Ваша дочь ждёт ребёнка. – Спокойно заявила я ей.

Ох! Как лютовала мамаша, как бранила девчонку.

– Аборт!

Мне резануло по ушам.

– Нет! – Выдала я непроизвольно.

Только не аборт. В её возрасте это чревато последствиями. Да и вообще! Аборт – это осознанное убийство!

– А кто ты такая, чтоб за меня решать?! – Начала ругать меня мама девочки.

И ещё много чего она мне наговорила, что напрочь истерзало мою и без того раненую душу.