Чувство, заточенное в сталь

Глаза ее сияли голубым светом, длинные темно-зеленые волосы, словно мокрая тина, опутывали всю ее фигурку с головы до пят, расползаясь по прозрачной коже. За спиной же неспешно помахивали крылья, похожие на гигантские кленовые листья.

В то время как Эвар стоял столбом, замерев от изумления, Эвелин грациозно поклонилась лесной даме, та же в ответ приблизилась к посетителям, глядя чародейке в глаза.

– Шего ты хош-ш-шешь, – прошелестела хозяйка леса.

– Доспех из горного хрусталя для моего воина, – просто ответила Эвелин.

Хозяйка неодобрительно взглянула на Эвара, скорчив недовольную гримасу на потустороннем лице, а затем взмахнула рукой, поднимая в воздух желтые и красные листья, ковром усыпавшие лесную землю. Они закружились вокруг него роем гигантских пчел, и в какой-то момент Эвар заметил, что это и не листья вовсе, а многочисленные феи, разглядывающие и измеряющие его. Закончив свое исследование, крошки подлетели к своей хозяйке, закружившись вокруг ее головы и крыльев.

– Ц-ценья, – протянула она в сторону Эвелин узкую ладонь с чрезмерно длинными пальцами.

Чародейка протянула хозяйке свою руку, та вцепилась в нее, словно тисками и держала до тех пор, пока Эвелин не упала перед нею на колени. Наблюдая за этой сценой, Эвар вытащил меч, но госпожа жестом попросила его остановиться, он повиновался, хотя все его существо жаждало покрошить хозяйку леса на столь мелкие кусочки, что и светлячки не собрали бы ее вновь воедино.

– Дось-сь-сьпех буджет ждесь-сь жаф-ф-фтра, – прошуршала она, отпустив руку Эвелин, от чего чародейка обессиленно рухнула на землю.

Хозяйка же рассыпалась вихрем светляков, листьев и холодных капель, от чего на месте, где она только что стояла, образовалась туманная дымка.

Эвар бросился к своей госпоже, помогая ей подняться. Эвелин вся дрожала, под глазами ее появились глубокие тени. Он взял ее на руки, бережно прижал к себе, госпожа не сопротивлялась, наоборот, приникла к нему, пытаясь ухватиться за ворот кожаного доспеха. Мелькнула мысль о сумке, которую ему поручила носить госпожа, но бросив взгляд в сторону пруда, он обнаружил, что его ноша исчезла.

Видимо, хозяева леса приняли «дань». Вот только что они сделали с госпожой?

Эвар быстро сориентировался откуда они пришли, и понес Эвелин прочь из этого леса. Она знала, что так будет? И если знала, то почему пошла на это? Неужели так важен проклятый доспех?

– Давай присядем, – мягко попросила Эвелин, когда они проходили мимо поваленного ветром дерева.