Бесконечное восьмое марта

Мама с ужасом смотрела на аляповатую безвкусицу, и через некоторое время по тихой засунула подарок на антресоли. Алла не заметила пропажи. Там он благополучно провёл следующие пять лет, запылился и выцвел. А когда Алла обнаружила его, разбирая вещи для переезда, без тени сожаления выбросила мёртвый букет в мусорное ведро.

***

Это было в шестом классе. Алка сидела дома и никуда не собиралась. Все подарки на восьмое марта были уже вручены, а всё вкусное съедено.

Раздался звонок в дверь. На пороге стоял двоечник Лаврентьев.

В полумраке подъезда его лицо соперничало глубиной зелёного оттенка со стенами. Он торопливо протянул Алке красную гвоздику и пролепетал:

– Поздравляю с восьмым марта!

Вдруг неожиданно клюнул в щёку – это был поцелуй! – сунул Алке в ладонь смятую тёплую бумажку и умчался вниз по лестнице.

Стоя на площадке, обалдевшая Алла слушала, как он стучит подошвами по ступенькам – с пятого этажа быстро не сбежишь. Наконец, дверь подъезда с грохотом захлопнулась. Алла пришла в себя и прочла записку.

На клочке тетрадного листа небрежным мальчишеским почерком было написано: «Ты, наверное, уже догадалась. Я тебя люблю. Очень».

– Вот дурак! Как я должна была догадаться? Хм… А ошибок-то нет.

Из-за этой гвоздики Алка увидела, разглядела белобрысого конопатого пацана. Она даже думала о нём некоторое время. И… Он ей понравился. И гвоздика эта, пунцовая от его смущения, понравилась. Ведь не считая вероломно выигранного, мёртвого букета, это были первые цветы в её жизни, подаренные мужчиной.

Казалось бы, этот случай просто обязан был положить начало пылкой Алкиной любви к гвоздикам.

Казалось бы…

Про отца

Шёл второй год, как Алка с родителями и братом переехали в новый дом. Родственники косяками тянулись в гости. Охали, ахали, восторгались, а порой тихо завидовали и злорадствовали: «Стены-то кривые, обойчики-то дешёвенькие. Но – площадь! Но – два этажа!»

Завидовать было чему. Из двушки на пятом в панельной коробке перебрались в собственный коттедж.

Четыре комнаты, общий холл – слово-то какое буржуйское! – огромная кухня, терраса, веранда, земля. И помещение под крышей со странным названием «пазуха», и подвал, пусть там пока и приходится ползать на четвереньках, но это пока: «Выкопаете, обживётесь».

Конечно, и мамины родители приезжали. Помочь, поддержать, посоветовать. Вот и нынче – на праздники. На Восьмое марта.

Мама с утра суетится, готовит праздничный обед из того, что сумела добыть.