Секс-Сэтл. Трахайся, чтобы выжить

Лирическое отступление (Джоди Мэлон)

«Блудный голландец» – бордель, стриптиз-клуб, массажный салон на воде тихо-мирно плывет по волнам залива Сан-Франциско, впадающего в Тихий Океан.

Я, Джоди Мэлон, работаю здесь со своей сестрой с восемнадцати лет. Мы самые востребованные близняшки среди посетителей этого гнездышка разврата. Я смотрю на нее, мою точную копию. Ах, Глори, сколько же мы пережили вместе?.. Скольких клиентов, желающих секса – жадного, грубого секса, мы обработали подобным образом.

Как и теперь. Ты напротив меня, стройное обнаженное тело, грудь на полразмера больше чем моя, пигмент вокруг сосков чуть темней.

Залпы музыки на корабле блядства. И мы танцуем на подиуме, синхронно прогибаясь перпендикулярами к блестящему пилону. Опять сходимся в танце вдоль шеста, наши груди трутся друг о друга, губы прикасаются мягко и медленно. Мужская публика в восторге от выступления двух горячих шатенок-близняшек. Этот сценический образ влюбленных сестер настолько увлек меня, что я полюбила тебя, Глори, как женщину.

Наверное, я никогда не скажу тебе. Но пока мы здесь, в этом танце, на корабле похоти, куда мы устроились работать, как только сбежали из дому – здесь, на сцене, я могу себе позволить быть с тобой так, как хочу.

Еще пара прогибов спины, наши ноги зацепляются за шест, мы кружимся под лучами цветных прожекторов. Огни города мелькают по берегам залива. Наши тела змеятся вдоль шеста вниз и вверх, а волны подбрасывают, задавая ритм на неустойчивой платформе.

В довершение шоу, мы страстно целуемся с Глори взасос и сбрасываем стринги.

Уходим на палубу, где расположились ВИП-места, а подиумную сцену занимает другая стриптизерша.

– Ты знаешь того господина, который заплатил за нас? – спрашивает Глория.

– Нет, а что?

– Кажется, он здесь впервые; охранник сказал, что не видел его среди гостей «Голландца», – мы с сестрой останавливаемся у балконного парапета.

– Мда, к таковым нужно присматриваться, – я гляжу за корму: внизу плещутся темные воды залива, напирая на нос корабля.

– Учитывая то, что он говорил мне, когда искал администратора зала…

– Что же?

– С древнейших времен ОНИ забирали людей, «наиболее развращенных, избалованных потаканием своим прихотям, не обремененных моралью, более других нуждающихся в удовлетворении своих плотских низменных стремлений».