Секс-Сэтл. Трахайся, чтобы выжить

Циркуляция демонической крови в этих венах на громадном фаллосе ощущалась языком, небом и гортанью, когда он просовывался, всецело заполонив мужской рот. Оттягивая мага за волосы и притягивая обратно за затылок, инкуб трахал рот то нежно, то яростно, сам при этом источая такую сладкую энергетику – ни с чем не сравнимую, тропическую, кипучую. Вокруг стояли другие самцы и надрачивали, и питались этой аурой, растягивая удовольствие, не спеша пронзить анус жертвы. У них были натуральные дубины вместо половых членов, и они похлопывали по раскрытым ладоням своими округлыми концами, во много раз шире диаметром самого ствола.

Затем, наевшись гормонального мяса, напившись феромонов пота, с необузданным рвением несколько ртов азартно боролись за член мага, осушая его раз за разом. Меркуриус и сам не понимал, как мог кончать столько, ведь в подавленном подсознании сидела мысль: если они с музом выживут – это будет чудо…

Конечно, имелись редкие счастливцы, пережившие спаривание с инкубами, но только когда какой-нибудь добрый путник убивал адских трахательных тварей.

Их животное семя ничто не сдерживало, они изливались кубометрами белого вязкого вещества. Им было мало. Игроков полностью заволокло фоном полнейшего, с ног сбивающего, неутолимого желания.

Уставший, уже истощенный от непрерывного соития маг чувствовал, что его оргазм все длится и длится. Ощущения такие, точно все мечты осуществлялись… Он не сразу обратил внимание на диковинное прикосновение – собственный волшебный посох толкался в его заднее отверстие резной ручкой! И, обнаружив это, лишь дразняще отставил зад.

Сколько минуло времени? Никто не ведал. Сколько членов сменилось во рту Меркуриуса, он вряд ли считал. Он сосал чье-то хозяйство, обвитое струнами фиолетовых прожилок, и был вполне хорош, преуспев в оральном вояжировании. Какой-то свирепый инкуб проткнул мага рельефным жалом. Член протаранил сфинктер, будто пробку продавил в горлышко бутылки. И тут появилась БОЛЬ!

Инкуб трахал, словно боксерскими ударами, вдавливая со всех сил липкую грушу дрожащих ягодиц.

Долбил куда попало, не заботясь, с какого расстояния здоровенный член влетает в распухший анус. И в очередном ударе хера – пронзающего, глубокоходного, Меркуриус подумал, что его позвоночник раскрошился, и что кости посыпались, и что дуги ребер вот-вот треснут. Но животное не собиралось останавливаться, еще и увеличив скорость.

Это продолжалось так долго.