Зеркало Анхелики

– Ничего, – заверил он, – это же красиво, пусть послушают.

Катерина снова приосанилась, по-ученически объявила: «Рай», Анри Волохонский и Владимир Вавилов, версия Гребенщикова». Потом на мгновение замерла и, забыв про соседей, глядя Ромке прямо в глаза, словно поверяя ему необыкновенную тайну, негромко, душевно, как требует баллада, запела:

«Над небом голубым есть город золотой

С прозрачными воротами и яркою стеной,

А в городе том сад, все травы да цветы,

Гуляют там животные невиданной красы»

Низкие тягучие звуки поверяемого большого секрета вдруг сменились хрустально звонкими и чистыми трелями похвалы и восхищения и полились волшебным ручьем, увлекая Ромку в райский сад:

«Одно – как желтый огнегривый лев,

Другое – вол, исполненный очей,

С ними золотой орел небесный,

Чей так светел взор незабываемый…»

– Классно? – спросила чуть запыхавшаяся Катька, окончив песню.

– Невероятно красиво, – помедлив мгновение, подтвердил Ромка. По его лицу было видно, что он глубоко взволнован.

– Знаешь, как я уговаривала Елену Ивановну на эту песню? Она говорила, что несерьезно это, вокала как такого нету, а куда серьезней, если за душу берет, правда? В версии Камбуровой еще смиряется разучивать, а по мне, так Гребенщиков доходчивее.

– Я хочу в этот золотой город.

– Кто же не хочет? Все хотят, там же рай, забот нет.

– Там свет и доброта, зла нет, поэтому рай.

– Это тоже.

– А у тебя голос жительницы рая, – улыбнулся Ромка.

Катька густо покраснела.

Эту песню она пела ему потом еще много-много раз и в больнице, и во время прогулок в следующие два года, до самого окончания их детства. Катька предпочитала петь в заброшенном здании склада на краю городка, в который они как-то весной забрели и потом ходили еще целый год, там была дивная акустика, даже немного с эхом. Ромка говорил, что здесь ее голос звучит готически прекрасно, потусторонне и ему даже иногда не верится, что дивные звуки выходят из девочки, которая любит пельмени и выпивает по два стакана киселя.

Катька возмущенно фыркала, мол, в чем тут противоречие? Он утверждал, что его сердце может лопнуть от тех чувств, которые вызывает ее голос, и что слова на него так действуют, что он хочет тут же умереть, чтобы скорее попасть в этот золотой город с прозрачными воротами и гулять в саду с животными невиданной красы.

– Мне золотой орел нравится, – заявил как-то Ромка.