Брохо и его четыре стихии. Подземная Саконера. Книга первая

Брохо был смущён, он не любил сильное внимание к своей фигуре, предпочитал жить аскетично и просто, любил помогать своему народу и считал это своим долгом, а не заслугой. Держась за свой магический посох, он вглядывался в лица довольных людей и радовался сам, что смог хотя бы ненадолго вселить во всех надежду на жизнь вне Саконеры. Но иногда ему казалось, что это желание принадлежит только ему и его предводителям блоков.

Брохо бросил взгляд на стоявший рядом с ним резной стул, инкрустированный сапфирами серо-угольного цвета.

Одинокое пустое место, которое не было занято никем. Чародей нахмурился и посмотрел наверх под самый пещерный свод. Но мрачные мысли мага резко прервал звук флейты, пролетевший отголоском через весь свод подземелья. Это музыканты Южного блока созывали всех на весёлые пляски. Дружно жующие жители одновременно повскакивали со своих мест, уж очень они любили потанцевать, хоть и не доводилось им пировать часто. Под действием эля веселье удвоилось, и разноцветные одежды золотого, лилового, синего и изумрудного цветов, словно радуга, смешались в движении. Женщины, приподняв свои юбки, кружились на месте, мужчины же выплясывали подле них потешные фигуры.

– Эй, Клюковка, а ты сегодня очаровательна, как никогда! – пританцовывая вокруг рыжеволосой девушки, рассыпался в комплиментах Скорняк Къелль[27 - Kjell (др. сканд.) – жертвенный котёл, шлем, источник], то и дело пытаясь ухватить её за золотое платье.

– Похоже, под парами эля ты подзабыл, как меня величают, – рассмеялась она и, взяв его за руку, закружила в танце.

– Ещё бы, ты варишь его лучше всех на свете, – очарованно ответил Скорняк и, заметив, как щёки девушки зарделись от смущения, прижал её руку к своим губам.

– Щекотно! – воскликнула со смехом она, отдёргивая пальцы от лица Скорняка. – Оставь свои приставания, а как вспомнишь моё имя – захаживай! – бросила через плечо она и ускользнула в весёлую отплясывающую толпу.

Къелль топнул с досады ногой, но делать было нечего. Недолго думая, он отправился к своему синему столу доедать рагу из зайчатины, дикого лука и пастернака.

– Вспомнишь её имя… как будто я не помню… – бурчал он себе под нос.

Усевшись рядом с Торкином Камнеломом, Къелль стал уплетать аппетитное блюдо, от аромата которого у каждого жителя пещерного города всегда начинали течь слюнки.

– Бриана[28 - Briana (кельт.) – благородная, возвышенная, холм] снова дала тебе от ворот поворот? – спросил он, ткнув Къелля локтем в бок.