Шаман из космоса

– Наш демиург – великий гуманист, – продолжил Никита, удовлетворённый произведённым эффектом. – И если вы хотите попросить прощения, то докажите это поступками…

– Что нам нужно сделать? – женщина-ворона вскочила на ноги и ударила себя в грудь; этим жестом она пыталась показать, что нет границ её преданности и она сделает всё что угодно. Бариста хотел улыбнуться, чтобы немного успокоить слушателей, но вспомнил: на нём была маска Гуинплена. А это значит, что Никита всё время улыбался, даже когда вовсе не хотел этого делать.

– Просто не причиняйте друг другу зла, – изрёк прописную истину шаман из космоса.

– И больше ничего? – осёл подавился дымом от сигары и поспешно приложился к черепу с вином, точно боялся, что скоро неведомые силы отберут божественный напиток.

– А разве этого мало? – искренне удивился Никита. – Если хотите, то вот вам ещё один совет от демиурга: думайте своей головой. Ваш хирург – хороший правитель, но нельзя слепо подчиняться его приказам.

Последняя фраза была лишней, и гости с неодобрением заговорили.

Кто-то из них выкрикнул: «Да как он смеет!» Но его попросили замолчать: никто ведь не знает, на что способен шаман, прибывший из открытого космоса.

– Извините, ошибся: хирурга, конечно, слушайтесь, – поправился Никита и вдруг увидел приехавший прямо за ним длинный автобус. В другой ситуации юноша бы так не обрадовался, но теперь он с замиранием сердца бросился к распахнувшимся дверям.

– Демиург вызывает! Срочное дело! – громко закричал бариста, научившийся гадать на кофейной гуще.

– Счастливого пути!

– Спасибо, шаман, приезжай ещё.

– Нет, не надо к нам больше приезжать!

– Да я же из вежливости…

Никита сделал вид, что не услышал эту словесную перепалку, помахал жителям, а очарованной Кицунэ послал воздушный поцелуй.

Когда дверцы захлопнулись, юноша кинулся на первое попавшееся кресло и тяжело выдохнул. Первая остановка миновала, а он всё ещё жив; даже если это всего лишь отсрочка, нельзя сказать, чтобы бариста ей не обрадовался.

Только сейчас он почувствовал боль и страшное жжение в лицевых мускулах и понял, что до сих пор не снял маску Гуинплена. Пришлось приложить немало усилий, и бедному кофевару показалось, что он отдирает маску прямо с кожей. От жуткой улыбки французского персонажа по спине побежали мурашки, похожие на липких гусениц.

– Круто ты их развёл, – послышался сзади чей-то низкий голос с хрипотцой – как у подростка, который возомнил себя взрослым мужчиной.