Шаман из космоса

Девушка в маске и шёлковом рыжем халате положила руки на его плечи:

– Сделать тебе массаж?

Никита отрицательно покачал головой и попытался намекнуть незнакомке, что он имеет право на защиту личного пространства. Кицунэ как будто всё поняла и ушла, подхватив со стола пустой кувшин. Она грациозно несла его над головой, пытаясь привлечь внимание местных мужчин. На лбу Никиты выступили капельки пота, ему захотелось сорвать с лица глупую маску, но это значило нарушить правила и добровольно согласиться на участь безумца Чацкого.

Кто знает, под какую рифму появился на сцене сам Никита, обладатель счастливого билета, который больше не казался ему подарком судьбы?

Аппетит пропал окончательно, когда его сосед, куривший слишком крепкую сигару, предложил поднять тост за красивых женщин. «И откуда ему знать, красива эта лисица или нет? Они все здесь скрываются», – с неудовольствием подумал Никита, но на автомате схватился за кубок с вином. Липкие красные струйки защекотали пальцы, как только юноша разглядел, чем был этот сосуд на самом деле.

Кубок выпал из рук, и вино вылилось на колени.

Дело в том, что это был вовсе не кубок, а настоящий человеческий череп. Другие гости не придавали этому никакого значения и совершенно спокойно наслаждались каждым глотком терпкого вина. Никите хотелось закричать, вскочить со стула, обвинить мерзких каннибалов во всех смертных грехах и со словами «да как вы смеете?» сбежать из Двойного эспрессо.

Но Никита ничего не сделал, а только принялся вытирать брюки салфеткой, которую любезно предложила ему дама в элегантном чёрном платье. Она с любопытством поглядывала на растерянного незнакомца из-под таинственной холодной полумаски.

– Кто вы такой? – послышался оглушительный шёпот.

– Не поверите, меня интересует точно такой же вопрос, только задать я его хотел бы всем вам. Кто вы такие? – Никита почувствовал, что ему нечем дышать, и попытался снять маску Гуинплена, но она прилипла к лицу намертво.

«Час от часу не легче! – с досадой подумал он. – А потом ещё окажется, что мне с такой гримасой ходить до конца своих дней! Нет уж, надо срочно отсюда выбираться».

Собеседница отвернулась, потеряв к новичку всякий интерес. Казалось, она была глубоко оскорблена и унижена, но Никита не чувствовал никакой вины. Скорее всего, он попал в общество преступников и, может быть, даже чудовищных убийц-рецидивистов.