Фанты. Выбор ведьмы

 – Признаюсь, я несколько огорчён: с визуальной точки зрения за этот месяц вы совершенно не изменились.

Лиза слышала его слова, но смысл их улавливала весьма смутно. С огромным трудом подняв руки, которые, казалось, весили целую тонну, девушка ухватилась за края гроба и медленно села: от столь долгожданной смены положения голова закружилась, и Лиза вновь была вынуждена закрыть глаза, пережидая неприятные ощущения.

Тихий, болезненный вздох, раздавшийся совсем близко, заставил девушку резко открыть глаза и повернуться.

Её гроб был установлен посреди небольшой комнаты с серыми стенами и очень высоким потолком, имевшей форму цилиндра, примерно посередине разделённого сеткой из колючей проволоки, над которой был сооружён деревянный помост, с которого за ней и наблюдал Бок. Однако внешний вид нового жилища Лизу волновал мало. Куда больше её заинтересовало другое: возле дальней от входа стены, на голом бетонном полу, лежала полностью обнажённая, неимоверно худая женщина, чьи длинные спутанные сальные волосы разметались вокруг своеобразным ковром.

Всё тело женщины, насколько Лиза могла видеть, было покрыто порезами и синяками. Но самым страшным были две жуткие рваные раны, идущие от лопаток и до поясницы из которых торчали короткие желтоватые обрубки, подозрительно напоминавшие кости.

Форма и расположение этих двух ран на спине незнакомки были точной копией таковых у шрамов Нибраса.

– Согласно информации, записанной в Книге Теней, лиарзы питаются человеческими душами, – раздался сверху вкрадчивый голос Абеларда.

 – Известно, что ангелы, как и демоны, являют собой нечто вроде концентрированной энергии, которой они по собственной прихоти придают определённый облик. Отсюда возникает закономерный вопрос: может ли лиарза съесть ангела? Полагаю, сейчас я получу ответ, ммм? Вы целый месяц ничего не ели, фрау Этингер. Уверен, голод уже стал невыносим.

«Ангел?» – мысли вяло ворочались в голове Лизы. Голод достиг той стадии, когда сознание полностью отключается, и хочется только одного: наконец-то унять эту нестерпимую боль внутри.

Неграциозно вывалившись из гроба – ибо встать на ноги не получилось по причине дикой слабости, – Лиза невыносимо медленно поползла в сторону распластанной на полу женщины. Та, не то услышав, не то почувствовав её приближение, приподнялась на локте и повернула голову: даже под толстым слоем грязи можно было понять, что она необычайно красива. Но не внешняя красота поразила Лизу.