Наперекор инстинкту

Миа застыла, так и не сообразив отдёрнуть руку. В ванной комнате, словно наэлектризованной от сквозившего между ними напряжения, стало так тихо, что она слышала, как срываются капли с неплотно закрытого крана и ударяются о маленькую и неудобную раковину. Миа сглотнула, и этот звук показался ей оглушающим.

Дрейк резко наклонился, но потянулся не к ней, а к чему-то за её спиной. С грохотом посыпались многочисленные баночки с косметикой, непредусмотрительно оставленные Зои на стиральной машине. Дрейк просто смёл их на пол, и Миа испуганно отдёрнула ногу, когда рядом с ней разлетелся на мелкие осколки один из стеклянных флакончиков её соседки.

Времени прийти в себя ей не дали. Сильные мужские руки бесцеремонно подхватили её и властно усадили на освободившуюся поверхность стиральной машинки. Дрейк развёл её ноги, так что ей пришлось скрестить лодыжки на его пояснице. Он обхватил горячей ладонью её за шею сзади, притянул к себе. Миа забыла, как дышать. Спроси её сейчас о собственном имени – не вспомнила бы. Пульс частил так, что отдавал ударами в висках. В горле пересохло. Она знала, что сейчас случится. Это будет неправильно, глупо и совершенно не в её характере, но пусть случится! Пусть в памяти останутся его руки, скользящие по телу, его губы, прокладывающие по коже горячую и влажную дорожку, пусть её будет преследовать его запах – аромат хвои и солнечного дня в летнем лесу. Лишь бы избавиться от воспоминаний о потных ладонях, об отвратительном запахе дешёвого пива и чесночного соуса, ударившего в нос, когда те подонки схватили её за волосы и заставили посмотреть на них снизу вверх…

Полотенце на голове размоталось и мягко сползло на пол.

Мокрые волосы в беспорядке рассыпались по плечам и спине. Глаза Дрейка потемнели ещё сильнее. Их лица впервые оказались на одном уровне, и Миа жадно всматривалась в Дрейка, изучая каждую его чёрточку. Твёрдый мужской подбородок, отчётливо выделяющиеся скулы, тонкие приоткрытые губы, из которых вырывается тяжёлое прерывистое дыхание…

От его тела, вплотную прижатого к ней, исходил жар.

Под его горячей кожей, твёрдой даже на ощупь, отчаянно заходилось сердце – Миа слышала его частые и сильные удары. Дрейк снова наклонился к ней, и Миа замерла, инстинктивно приоткрыв губы. Она ждала поцелуя – властного, дерзкого, бесстыдного, ей плевать теперь на приличия, – но Дрейк медлил. Он всматривался в её глаза, судорожно дёргал носом и, судя по всему, отчаянно боролся с собой.