Отель «У ведьмы»

Морщины не портили его благородного лица, дышащего каким-то особым достоинством. Волосы с проблесками седины были зачесаны в низкий хвост. Из кармана пиджака выглядывал носовой платок – белоснежный и тщательно отглаженный. Незнакомец посмотрел на меня сквозь пенсне, цепочку которого крутил в левой руке. В правой он сжимал обитый коричневой кожей чемодан.

– Здравствуйте. – Губы уже свело от постоянной необходимости улыбаться. – Чем могу помочь?

– Мне бы комнату, госпожа ведьма. Плачу сразу за неделю вперед.

Он без спешки поставил чемодан и, высыпав на ладонь небольшой мешочек с золотыми монетами, отсчитал несколько. Остальные так же медленно убрал обратно.

– Конечно.

Я не глядя вытащила еще один ключ и положила его на стойку.

– Комната с видом на сад? – уточнил мужчина.

Мне не хотелось признаваться в том, что я понятия не имею, какие здесь комнаты с видом на сад, поэтому просто кивнула. Возможно, чуть более мрачно, чем того требовала ситуация.

– Благодарю, госпожа ведьма.

– Офа, – вставила я. – Можете называть меня Офой.

Все эти обращения «госпожа» и «господин» сильно резали слух и заставляли меня нервничать. Но меня ждало разочарование.

– Конечно, госпожа Офа, – откликнулся мой гость. – Позвольте представиться в ответ: господин Розенфельд. И хочу заметить, что, если вам понадобится услуги оценки или продажи антиквариата: я всегда рад помочь.

С этими словами он взял ключ и, коротко поклонившись, направился по коридору в сторону вереницы дверей.

Я выдохнула с облегчением. Интуиция подсказывала, что если с Милохой проблем не возникнет, то господин Розенфельд может заставить меня попотеть неожиданными просьбами о смене полотенец в два часа ночи.

Причем все тем же спокойным голосом рафинированного интеллигента.

– И мне бы комнату, госпожа ведьма.

Я перевела взгляд на последнего постояльца. Молодой мужчина лет двадцати пяти был одет в военный китель и узкие штаны синего цвета. На бедре на перевязи висела такая же шпага, как и у Шандора.

Темные, коротко подстриженные волосы припорошены пылью, которая заметна и на уставшем лице с темной щетиной. На плече виднелось большое пятно алого цвета. Кровь?

– Вам бы к лекарю, – проговорила я.

– Само пройдет, – заверил меня этот оптимист. – Только комнату дайте, пожалуйста.

Он чуть подрагивающими пальцами положил передо мной три золотые монеты. На одной из них невооруженных глазом были заметны пятна крови.