Знакомьтесь: ваша будущая жена-злодейка

Яркие наряды гостей заплясали перед глазами цветными пятнами, а кончики пальцев закололо.

Что это со мной?

Повинуясь интуиции, я завертела головой. Шею жгло, будто каленым железом. На меня точно кто-то смотрел, но я никак не могла встретиться с ним взглядом. Чертовщина какая-то!

Мы миновали душный, заполненный толпой зал и вышли в извилистый коридор. Череда поворотов привела нас к тупичку с одинокой дверью без надписи или даже значка. Впрочем, мне хватило сообразительности, чтобы догадаться о том, что за ней скрывается тот самый туалет, который мы так настойчиво искали.

Я потянулась к бронзовой ручке, но мою ладонь перехватили в воздухе.

– Ни в коем случае! – жарко зашептала Вивьен и дернула подбородком, указывая куда-то на потолок. – Все испортишь!

Я послушно подняла взгляд и раскрыла рот от удивления. Прямо над дверью, возможно, с помощью магии, было подвешено ведро. Оно покачивалось, будто на ветру, и, судя по всему, рухнет вниз, как только дверь откроется.

Я невольно сделала шаг назад, и Гвен тоненько захихикала.

– Не волнуйся, с тобой мы бы никогда так не поступили! За дверью Розмари.

Я мысленно проглотила нецензурное ругательство и не нашла ничего лучше, чем сухо обронить:

– Да?

– Ага. Моя служанка следила за ней и, как только подвернулся подходящий момент…

– Гвен, да помолчи ты уже, – поморщилась Вивьен. – Ясно же, что было дальше. А Веронике никогда не требовалось разжевывать очевидные вещи.

Гвен надулась, но спорить не посмела.

Я скупо улыбнулась в ответ. Мысли лихорадочно заметались, ища выход. Смотреть на то, как местные красотки изводят какую-то менее богатую девицу, мне не хотелось. Но придумать приличный повод, чтобы слинять, сходу не получилось. Похоже, для этой троицы подобного рода развлечения – привычное хобби. Если я сейчас начну возмущаться, это будет выглядеть странно.

Пока я внутренне металась между совестью и рациональностью, ручка двери дернулась. Краем глаза я заметила, как во взглядах «подруг» отразилось предвкушение. Лица обеих расплылись в таких широких улыбках, какие бывают у детей, готовых сорвать упаковочную бумагу с подарка.

Дверь распахнулась. В проеме показалась худенькая девушка в платье какого-то инфантильного розового цвета. Ее светлые волосы, забранные наверх, открывали тонкую шею.