Я жду мужа

Сейчас

Захожу с балкона в комнату. Несу полные пригоршни мелких, твердых, подрумяненных яблочек в прохладных каплях позднего дождя. Зачем?

Плетусь на кухню. Занять себя хоть чем-то, чтобы скрасить ожидание. Ещё несколько часов – и моя жизнь круто изменится. Не буду думать об этом сейчас. Чем больше думаю – тем страшнее становится. Будь что будет. Поздно уже что-либо менять.

Достаю прозрачную креманку на высокой ножке, выкладываю в неё яблочки, разравниваю листочки…

Тогда

Сижу на спинке мокрой скамьи.

Перебираю в пригоршне мелкие незрелые плоды яблоньки-дички. Натка пристроилась слева от меня, стащила за длинную плодоножку яблочко с моей ладони, осторожно пробует на вкус. У меня сводит челюсти, рот наполняется слюной. Двоюродная сестра Олеська теребит ветку яблоньки, пытаясь выбрать яблочко покрупнее, да порумянее. Хотя крупнее горошины яблочко встретить затруднительно.

Олеська с матерью приехали на днях к нам в гости. Она на год меня младше и на голову выше. И красавица. Вот бывают же такие красивые девчонки на свете! Фигурка ладная, налитая, волосы стриженные пышные, улыбка белозубая, ровненькая, талия узкая, грудь высокая.

Красивая у неё грудь… Да и вообще, классная она девчонка. Это не потому, что она моя сестра. Это по факту.

Натка тоже красавица, хотя совсем другая – высокая, стройная, большеглазая, с длинными вьющимися светлыми волосами. Кокетка и обаяшка. Я на фоне своих подружек себя просто гадким утенком ощущаю. Крепенькая коротышка, с коротко стрижеными светлыми волосами.

Очки, конопатый нос. Ну, да ладно. И на такой товар купец найдется. Нашелся…

– Ой, – толкает меня в бок Натка, – идут. Только Сани-то там нет.

– Зато Эдик есть – хмыкаю я.

Эдик – высокий, тощий солдатик-узбек, с выбитыми передними зубами – давно заглядывается на Натку. Натка сдерживает смех, её прекрасные глазищи наливаются влагой, длинный нос краснеет, но Эдика это только умиляет и распаляет. Эдика я недолюбливаю. Не потому, что беззубый, а потому, что частенько прогуливается в обществе ненавистного мне Заира.

Сегодня, однако, Эдик гуляет в компании двух незнакомых парней. Завидев нас, парень расплывается в широчайшей и сладчайшей восточной улыбке. Натка в тихой истерике падает мне на плечо – улыбка Эдика сегодня сияет золотом свежевставленных зубов. Лучше бы уж он беззубым оставался.

Однако настроение он нам поднял – трудно не признать. При виде Олеськи (мы впервые пришли в парк с ней) в Эдике просыпается орел.