Фалор

Но для этого надо встать, а встать пока выше моих сил.

Вставать нельзя, думать, считай, тоже. Что делать тогда? Я вздохнула, в красках прочувствовав каждый нерв в грудной клетке, и уставилась в потолок. Очень милая люстра. Несколько часов, как мне казалось, на самом же деле, минут десять от силы, я пролежала без движения, пытаясь откопать в воспоминаниях хоть какие-то подсказки. Глухо.

Я снова вздохнула. Уже не так больно, конечно, но ощутимо. Хорошо, ещё немного и можно будет вставать. Ну ладно, встать получится вряд ли, но хотя бы сесть было бы неплохо.

Нетерпение отчаянно боролось со здравым смыслом и в конце концов победило.

Я резко поднялась и тут же пожалела об этом. Привалившись к спинке кровати, я ждала, когда боль утихнет. Тело по-прежнему ныло, но повиновалось охотнее. Чудесно, сесть почти без потерь мне удалось. Теперь я могла посмотреть в окно.

Прямо в стекло билась сосновая (предположительно) ветка. Огромная, разлапистая, как на картинках из детских книжек. Причем даже не одна: ласковый золотистый свет пробивался через множество ветвей и падал на подоконник не то кружевом, не то рваной занавеской.

Дом, где находилась моя нынешняя комната, стоял прямо посреди леса.

В дверь постучали. Я вздрогнула. Даже примерно не представляю, кто бы это мог быть. Вошёл парень. Светлые растрёпанные волосы, почти прозрачная бледная кожа, серые глаза. Он показался смутно знакомым.

– Привет, – сказал он.

– Привет, – без особенной уверенности отозвалась я

– Помнишь меня?

– Нет, – осторожно ответила я.

Лучше пока воздержаться от язвительных комментариев.

– Итак, – с театральной загадочностью произнёс он и сел прямо на пол. Извлёк из-за спины кинжал с лазуритовой рукояткой и лезвием из странного голубого металла. – Помнишь, что это?

Этот кинжал будто разрезал голубую пелену и сквозь неё хлынули воспоминания: тот день после школы, парк, подруги…

Память вернулась. Я замерла, опасаясь, что меня снесёт этим потоком. Парень улыбнулся и поощряюще кивнул.

– Ещё раз. Ты меня помнишь?

– А хотела бы забыть, – я злилась за историю возле остановки скорее по инерции, чем в действительности.

– Где мы? – я устало потёрла лоб.

– Скоро узнаешь, – заговорщицки бросил он, вставая. – Приводи себя в человеческий вид и пойдём. Жду тебя снаружи.

Он махнул кинжалом прямо перед моим лицом и хлопнул дверью прежде, чем я успела задать хотя бы один вопрос. Мудрое решение.

Вздохнув, я неуверенно поднялась на ноги.