Три минуты вечности

Мы только торопимся все успеть, все осуществить. Но парадоксально то, что истина нашего существования на самом деле так близко, а мы остаемся слепы к ней. Вот так и я.

Всегда считала, что живу настоящей жизнью, по крайней мере, последние пять лет. Что вокруг меня все настоящее: работа, дом, любимый человек, друзья, моя начинающая свершаться карьера. И только сейчас, когда ничего нельзя ни поправить, ни изменить, я понимаю, что все это только иллюзия, постоянное убегание от окружающей меня действительности.

И, что вот теперь, впервые, моя картонная и выдуманная жизнь накрыла меня с головой....

Я не знаю, когда, и где родилась. Даже не знаю точную дату своего рождения. Моя жизнь началась не так, как у большинства детей. Меня, только что рожденную, с любовью не прижала к груди мама, я не лежала в белой кроватке, накрытая розовым теплым одеялом, окруженная заботой и нежностью. Меня просто кто-то принес и оставил у дверей родильного дома под самое рождество. Поэтому нянечки, наверное, и назвали меня Кристиной, в отличие от большинства других найденышей, получивших имена Маша или Вера.

А потом был небольшой детский дом на окраине моего городка. Я словно заново каждый раз переживаю эти минуты, проведенные там. Некоторые вещи почему-то отпечатались со странной четкостью. Я помню большие просторные коридоры, заваленные дешевыми игрушками, помню пронизывающий зимний холод, который гулял по комнатам, заставляя нас, малышей, теснее прижиматься к друг другу ночью, в узких железных скрипучих кроватях, где мы спали по двое, прячась от сквозняков.

Странно, что это настолько сильно отпечаталось в моем сознании, хотя многие, на первый взгляд гораздо более важные вещи, вспомнить не могу. А еще я помню постоянное чувство одиночества и ту, любовь, которая нерастраченным клубком всегда теснилась в моей груди. Я была обычным, ничем не примечательным ребенком, и может быть, поэтому никто не пожелал удочерить меня.

Живыми картинами перед моими глазами встают те дни, когда в наш детский дом, приезжали семейные пары, для того, что бы выбрать себе ребенка для усыновления.

С годами, правда, таких дней для взрослеющих детей становилось все меньше, но тем они были ценнее для нас. Помню, как в те редкие моменты мы с особой тщательностью одевались и причесывались, надеясь, что вот сейчас откроется дверь нашего приюта и новые папа и мама посмотрят на каждого из нас нежным любящим взглядом.