Две жизни. Банковский роман

У нее не было ни времени, ни сил искать какой-то другой выход или бросить все и начать сначала. Ей было некуда бежать и не за кого спрятаться. Она не посчитала нужным с кем-либо поделиться. Но со свойственной ей решимостью Инна приказала себе жить и работать дальше так, как будто ничего не случилось.

Глава 4. Примирение

Январь 1994 года, Сочи

Инна надолго запомнила, как на следующий день после мучительного для обоих выяснения отношений, собрав волю в кулак, она пришла на работу. Просмотрела и подписала документы и, удивляясь собственному спокойствию, направилась в кабинет к Антону обсудить неотложные дела.

Увидев ее, он лишь на мгновение смешался, но тут же понял, что ни скандала, ни обидных слов, ни упреков не будет ни сейчас, ни потом, и стал деловито проговаривать намеченные на текущий день планы. Обсудив дела, Инна направилась в операционный зал. В приемной управляющего филиалом уже ждали несколько незнакомых клиентов. Связанная с работой часть ее жизни потекла своим чередом.

С личной частью предстояло разобраться.

За десять минут до перерыва Антон позвонил ей и предложил вдвоем пообедать в находящемся поблизости ресторане «Сокол». Она согласилась. Как обычно, он заказал что-то кавказское. Они ели молча, лишь изредка перебрасываясь словами, без привычных подколов с его стороны. Оба были довольны состоявшимся примирением.

После обеда он пил зеленый чай, она – свой эспрессо, который он никогда не пил. Впервые она с сожалением подумала, что за те годы, что она его знает, вместе они обедают и ужинают только в ресторанах.

За все это время она так и не удосужилась научиться готовить ни его любимую мамалыгу, ни лобио. И даже не попыталась научиться.

Вечером после работы Инна поспешила домой к дочери. Антон засиделся допоздна. Он в очередной раз переделывал важное письмо с деловым предложением, обращенное к руководству банка. Приехав домой в Кудепсту часов в девять вечера, он позвонил ей, чтобы сообщить, что добрался без пробок, ужинает и скоро собирается спать.

«Спокойной ночи», – только и сказала она и положила трубку. Около двенадцати ночи снова раздался звонок:

– Спишь?

– Сплю.

– И я сплю.

– Один?

– Нет.

– А с кем?

– С открытой форточкой.

Этот понятный только им двоим диалог примирения будет повторяться в их любовной истории еще не раз. Пытаясь уснуть, Инна грустно улыбалась и почему-то продолжала считать, что Антон оставлял ей надежду.