Слуга Инквизитора. Повесть

– Козни врагов наших неисчислимы, – король поднес кубок к губам и, едва пригубив, отставил его в сторону. – Его Святейшество нам много рассказывал о ваших достоинствах, мессер инквизитор. Теперь мы видим, что превозносили вашу духовную силу и качества истребителя ведьм не зря. Кажется, я могу доверить вам судьбу нашего королевства. Мы надеемся на ваши знания и преданность, ибо враг на этот раз оказался силен и коварен.

– Благодарю, Ваше Величество, за такую высокую оценку моих скромных возможностей, – поклонился инквизитор высшего ранга.

 – Я приложу все усилия, чтобы оправдать ваше доверие. Итак, к делу. Сколько времени у нас на подготовку и каковы мои полномочия?

– Времени… у тебя почти нет, инквизитор. Выезжаете через день. Полномочия – самые широкие, вот грамота Его Величества, которую, надеюсь, он немедленно и подпишет, – подвел итог Великий инквизитор. – Твое дело – подготовиться, найти виновника бед государя и осуществлять общее руководство сыском и дознанием. Чувствую, что без кровавой схватки здесь не обойдется.

В саму битву лезть категорически запрещаю, знаю я тебя!

– Как только предварительное следствие будет завершено, сообщи, в чем корень зла. Его Величество поручил герцогу де Фортье оказывать тебе всемерную помощь, – добавил Папа Римский. – «Да будет имя Господне благословенно… Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Amen…»

* * *

– …Вот этим инквизитором, охотником за ведьмами, и был ты, внучек. Только не в этой, а в той, давней, другой жизни…

Уж больно притих внук, даже дыхания не слышно.

Бабуля взглянула на мальчика, подумав, не задремал ли? Но на нее глядели широко распахнутые ясные глаза ребенка.

– Бабуля, а разве у нас есть другие жизни?

– Есть, милый, и не одна…

САНЧЕС РОБЕРТО НОРТОН РОХАС

Вечер выдался на редкость теплым и тихим. Как сказал мой Господин, затишье перед бурей. Совсем скоро мы увидим рассвет. Наверняка он окажется ярким, багрово-кровавым, и многим будут отпущены их грехи…

В такие вечера я думаю о том, что люди часто хотят оставить о себе память, какой-то свой след на земле.

Но этот след обычно смывают волны времени и на том месте уже другие пишут свои имена. Только слово, оставленное на бумаге, время пощадит. Пройдут десятки лет, кто-то найдет мои письмена, узнает о моем Господине и обо мне, грешном, а какой-нибудь менестрель сочинит о нас славную балладу. Скорее всего, этого не случится, ибо те истории, которые оставляю в свитках, я и уничтожу при малейшей опасности.