Слуга Инквизитора. Повесть

Я терялся в догадках, пытаясь угадать, почему он так поступает, даже как-то осмелился спросить:

– Господин, а за каким дьяволом мы петляем, как зайцы?

Он, сердито сдвинув брови к переносице, потер рукой подбородок, да так сурово как рыкнет:

– Ну, ты крррасавчег! Так надо!

Надо – так надо, чего ж сразу рычать на любопытного мальчишку? Я ж, испугавшись, чего доброго, могу вообще замолчать…

Да-да, почтеннейшие сеньоры, я прекрасно помню, что обещал рассказать о декаднике. И как раз подбираюсь к этому моменту, слушайте внимательно, коль это вам так интересно.

В каждом поселении на десять дней – декаду – меня продавали в рабство (извините, сеньоры, но при всем моем уважении к хозяину, по-другому это назвать трудно), передавая затем из рук в руки. Передо мной Господин поставил новую задачу: научиться смирению и любви к ближнему, а заодно «воссоединить тело, душу и разум со всеми стихиями». Вы не поняли смысл задания, сеньоры? Уж не думаете ли вы, что малолетний мальчишка мог осознать величие задумки инквизитора? Вы проницательны, снимаю шляпу.

Разумеется, я тогда ничегошеньки не понял, кроме одного: в течение декады я буду жить у чужих людей. Я отнесся к этому со свойственным мне легкомыслием и энтузиазмом, думая, хоть немного отдохну от привычных хлопот. Как же я жестоко ошибался, сеньоры!

Только сейчас, по прошествии многих лет, я понял, насколько мудро поступил тогда мой Господин. Он не случайно колесил по городам и весям, не случайно подбирал людей, коим доверял своего слугу.

Это были истинные мастера своего дела, влюбленные в свое ремесло и знающие его до мельчайших подробностей, – настоящие философы. Кроме того, я, постоянно находясь подле инквизитора, мало общался с другими людьми, не знал, чем они живут, о чем с ними говорить, как подобает себя вести. Да еще и начинал гордиться своим положением в обществе, ведь я был не просто мальчиком на побегушках, а слугой инквизитора, хотя тогда ничего собою не представлял: мальчишка, как мальчишка. Ну, может быть, чуть более смышленый и подвижный, чем другие…

Добравшись по раскисшим от осенних дождей дорогам до нужного поселения, мы переночевали на постоялом дворе, а на рассвете Господин отвел меня к водоносу, и, передав с рук на руки, сказал:

– Передаю тебе душу и тело слуги моего, Санчеса Роберто. Учи его, как считаешь нужным, – слегка поклонившись, Господин передал водоносу небольшой позвякивавший мешочек и какую-то бумагу со своей печатью.