Нежная и очень грешная, или Сколько волка ни люби

– Это он с начала учебного года считает, – пояснила горничная, – а если вести отсчет с первого января, то восьмая.

– Восьмая? – изумилась я. – Правда?

– Ну да, – махнула рукой Светлана, – Лиска просто чемпион по трепке нервов, если так можно выразиться. Такая уж она непослушная… Избалованная.

– Может быть, у ребенка просто шок от потери родителя? – предположила я, ощущая себя настоящим Макаренко.

– Какого родителя? – Светлана удивленно посмотрела на меня, помешивая что-то в кастрюле. – Отца или матери?

– Отца, – ответила я.

– Кирилл Юрьевич меньше недели назад богу душу отдал, царствие ему небесное, такой хороший был человек, – Света перекрестилась, – а Лиска всю жизнь такая. Я в этом доме уже пять лет работаю, так поначалу жалела девчонку. Думала, ну и что, что богатая, а матери-то родной нету. Думала, она такое вытворяет, чтоб внимание отца привлечь. Тот-то на работе и день и ночь. А все гораздо проще оказалось: избаловали Лиску, как королевну. И пони ей дарили, и трехэтажный домик для куклы, и самих этих кукол штук двести.

Как говорится, все есть, мозгов нету, – развела руками повариха.

– А зачем ей летом в школу ходить? – спросила я, по-своему истолковав последнюю фразу. Неужели Василиса, мягко говоря, не очень умная и ей еще и летом нужно заниматься?

– Это не школа, а летняя гимназия, – пояснила Жанна, выкидывая огрызок яблока в мусорное ведро, – что-то наподобие продленки. Знаешь, мы так рады, что девчонки целый день дома нет.

– У богатых родителей главная проблема – чем ребенка занять.

По улицам гонять состоятельным деткам не к лицу, а дома сутками сидеть тоже не каждый спиногрыз выдержит. – Света открыла холодильник, достала огурцы, помидоры, лук, сладкий перец и принялась резать салат. – А эта летняя гимназия множество проблем решает: отвез утром, вечером забрал. А там с ребенком и позанимаются, и на всякие мероприятия сводят, ну там выставки, театры… Да и дитю веселее. Чем дома-то торчать, уж лучше с друзьями-то поводиться.

– Лиска хоть и говорит, что эту гимназию ненавидит страшно, – мотнула русой головой Жанна, – а видно, как девчонка все воскресенье мается.

– Ты, Ксюш, с ней поосторожнее, – посоветовала Светлана, – не смотри, что она ребенок еще – всего пятнадцать лет. Уж очень злющая. Ирод малолетний.

– В споры с ней не ввязывайся, – добавила горничная, – молчи, и все. Себе дороже выйдет. И не высказывайся насчет ее одежды и прически. А то сразу же врагом номер один станешь.