Пока не замерзнет ад

Это понятно?

Хейзел смерила его разъяренным взглядом, но резко кивнула.

– Хорошо, – улыбнулся Эйдан и вдруг сделал шаг ей навстречу. Их лица оказались всего в нескольких дюймах друг от друга и Хейзел почувствовала, как у нее перехватило дыхание от внезапного страха и чего-то еще. Чего-то…

– Ах, – улыбнулся Эйдан и наклонился еще ближе. – До чего скучно и предсказуемо, – прошептал он ей на ухо.

Хейзел замерла, ощущая, как сердце сбилось с ритма в попытке отреагировать на происходящее.

Прежде чем она смогла ответить, Эйдан отошел и сказал тем же низким, холодным голосом:

– Теперь я предлагаю тебе принять ванну.

Один только твой запах так отвратителен, чтобы меня тошнит.

Хейзел отпрянула, как будто он ударил ее. Почти дрожа от стыда, смущения и злости, она поспешила покинуть комнату.

Она не думала, что когда-либо испытывала такую глубокую ненависть к кому-либо прежде.

Глава 3

Как только Хейзел закрыла дверь, она увидела в коридоре женщину средних лет, и сузила глаза, внезапно осознав, что видела ее раньше.

– Я знаю вас. Вы присутствовали в прихожей, когда Брелари привел меня сюда.

– Да, верно, – женщина ярко улыбнулась. – Меня зовут Тиффани, я отвечаю за все домашние дела в Доунфэар Буш. Дом слишком велик, чтобы справиться с ним в одиночку, но у меня есть помощница, поэтому я не могу жаловаться. Уверена, тебе здесь понравится, дорогая. Как тебя зовут?

– Хейзел. – Хейзел с отвращением посмотрела на Тиффани. – И я искренне сомневаюсь, что мне понравится это место.

Вы, должно быть, бредите, если думаете, что это вообще возможно, учитывая обстоятельства.

– О, – женщина укоризненно покачала головой и вздохнула. – В тебе столько гнева, дорогая.

– Интересно, почему! – Хейзел едва сдержала себя от крика. – И не называйте меня так. Дорогая, дорогая… вы мне не помогли! А могли бы! У вас была возможность, но вы не захотели!

– Всё не так просто, – слегка нахмурилась Тиффани. – Я понимаю, почему ты расстроена.

Мне правда жаль, но я ничего не могу сделать, кроме как помочь тебе пережить эти три месяца. Я не поддерживаю Эйдана в том, что он делает, но я ему многим обязана. И веришь или нет, я очень сильно его люблю. Он для меня как сын.

– Какой у вас замечательный сын, – презрительно сказала Хейзел. – Тот, кто должен красть женщин для личного удовольствия, потому что не может найти добровольцев.

– Это слишком грубо, – Тиффани послала ей знающую улыбку.