И тьма взойдёт

«Так быть не должно…»

В трюме всегда было сухо, но сейчас его заливала вода, уровень которой заметно поднялся, уже достигая колена.

Вайолет посмотрела на груз и снова ощутила прикосновение липкого ужаса, словно там скрывалось что-то тёмное, страшное. Взгляд упал на один из контейнеров, в отличие от остальных прикованный цепями. От него и исходила волна отвращения.

Француженка сказала: «Здесь внизу ещё кто-то есть. Не пленники… что-то тёмное, древнее».

– Ты не уйдёшь, Хранитель.

Вайолет вздрогнула и обернулась – у входа в трюм стоял Том.

Он жив! Волна облегчения и гордости окатила её. В распахнутой, залитой кровью рубахе, с железным штырём в руке брат казался незнакомцем, но он выиграет этот бой – ради Саймона, ради их семьи.

– Где Маркус? – спросил Джастис.

– Я убил остальных, – вместо ответа сказал Том и начал спускаться по трапу, держа наготове импровизированное оружие.

– Отринь суетное и поведай, что вы сделали с Маркусом, – проговорил Джастис. – Иначе я одолею всех на судне и всё равно его найду.

– Я не дам тебе пройти, – ответил Том.

«Том сильный, – подумала Вайолет. – Том ему покажет».

Но когда противники сошлись в поединке, стало очевидно, что, хотя брат и силён, Джастис ещё сильнее.

Он поднырнул под стальной прут и одним ударом откинул Тома так, что тот по дуге отлетел в недра трюма и врезался в одну из перекладин. Опоры трапа разлетелись, удар разнёс дерево в щепки, и огромные балки рухнули вниз, разбив контейнеры.

А один из них, прикованный, к которому так не хотела подходить Вайолет, высвободился, упал на доски и развалился.

Волна тошнотворного ужаса захлестнула девушку, окатив осознанием, что они только что выпустили в трюм нечто ужасное. Не хотелось оборачиваться и смотреть, что это. Матрос, стоявший рядом, побледнел, словно исходившая от контейнера тошнотворная энергия затронула его ещё сильнее, и покачнулся, а в следующий миг кожа мужчины пошла пятнами. Вайолет заставила себя обернуться и взглянуть вокруг.

Люди теряли равновесие, падали в воду, и их рвало.

«Здесь что-то есть… и оно пытается выбраться…»

Из разбитого контейнера выпал меч и теперь лежал на краю. Он выглядел просто, если не считать чёрной рукояти и длинных чёрных резных ножен. От удара наружу на волос выскользнуло чёрное лезвие.

Никогда прежде Вайолет не испытывала ничего подобного тому отвращению, которое захлестнуло её при виде чёрного клинка.