Мазарин

– И самый лучший папа! – радостно воскликнула Нина, заставив отца рассмеяться.

– Сара и Лэндон все еще в гостиной? – спросил он.

– Ага, – кивнула Нина, и ухмыльнувшись, добавила: – Сара отчитывает своего «милого малыша». Сейчас кто-то получит по полной программе…

– Что-то не припомню, чтобы ты раньше так злорадствовала.

Нина обиженно посмотрела на отца.

– Я не злорадствую. Просто приятно, когда блондина отчитывают.

– Это и есть злорадство.

– Просто он меня бесит.

– Может вам просто больше времени проводить вместе?

– Куда еще больше?

– Не как сожители, а как друзья, узнать друг друга…

– Пап, ты помнишь тот случай, когда я пришла вся в грязи?

Пер рассмеялся.

– Такое сложно забыть.

– Ага, ха-ха, – кивнула Нина. – Тогда ты должен помнить, что именно Лэндон был тем придурком, что окатил меня грязью, а потом отсалютовал мне.

– И за это ты шпыняешь его? – улыбнулся отец.

– Шпыняю?! Наоборот, я стараюсь с ним не сталкиваться. И тот случай – только первое зло, которое милый малыш Сары мне причинил.

Но, не смотря на все, я терплю его наглую физиономию.

– Слушай, Нинс, какие бы разногласия у вас с Лэндоном ни были, вам нужно уяснить, что теперь мы четверо – семья. И хотите вы того или нет, вам придется найти общий язык.

Нина вздохнула, посмотрев на отца.

– Да знаю я.

– Будь с ним помягче, – отец коснулся ее плеча и отправился вниз.

Приняв душ, Нина переоделась в пижаму и забралась в постель. Она еще не хотела спать, но работая весь день одна, жутко устала.

Постель была приятной и прохладной. И, удобно улегшись на подушках, Нина подтянула одеяло до самого подбородка, тут же ощутив всю усталость, накопившуюся за день в теле. Она хотела немного почитать, но было лень тянуться к ночнику, так что девушка просто лежала в постели, гоняя в голове мысли.

Ну почему нельзя Лэндона деть куда-то? Куда-нибудь отправить или переселить, или просто засунуть куда-то, где от него не будет ни слуху, ни духу. От его гадкой ухмылки и пергидрольных волос уже начинали болеть глаза, а от тупых подколов – тошнило.

И хотелось ударить блондина чем-то тяжелым, например, словарем. Того и глядишь, может в его пустой голове что-то и застрянет…

– Пс-т… – послышался свистящий звук в темноте.

Нина нахмурилась.

– Пс-т… – звук стал громче, над самым ухом.

Нина повернулась на спину, и невольно вскрикнула – ехидное лицо блондина, нависло прямо над ней, высвеченное лунным светом.