Держись от него подальше

Сейчас Егор всю пару будет меня касаться – то так, то эдак. Он обязательно случайно погладит мою коленку и даже извинится. Наклонится так, чтобы дыхание коснулось шеи и кожа покрылась такими мурашками, что можно будет сразу выдать билет на темную сторону.

Он садится за нашу парту и тихо произносит, не отрывая взгляда от доски:

– Привет.

Я молчу.

– Прости, можем местами поменяться? Мне от кондея дует, – шепчу Кострову и глубоко вдыхаю, чтобы перебить запах Колчина.

Эти двое настолько по-разному пахнут, что, кажется, один напрочь вытесняет другого.

Плотный запах новой кожанки и дорогого парфюма перебивается чем-то вроде зеленого яблока. Не уверена, но меня устраивает.

Костров медленно поворачивает ко мне голову, щурится и смотрит пару секунд прямо в глаза. Что? Моя просьба такая неловкая? Он переводит взгляд на Егора, растянувшегося за партой, будто на шезлонге. Тот не пишет лекцию, вообще не слушает. Он достал телефон: быстро что-то листает, и иногда на лице проскальзывает усмешка.

Костров наконец кивает, и мы меняемся местами. Он быстро начинает, видимо по памяти, печатать лекцию. Слова появляются одно за другим, и я снова торможу, наблюдая за его пальцами. Это как ASMR-видео – можно смотреть вечно. А Костров косится на меня и молча дергает подбородком – мол, чего надо?

Я качаю головой и киваю на полупустую страницу. Костров чуть разворачивает ко мне корпус, а я удивленно моргаю. Он дает мне списывать? Я ведь ненавижу лекции, ненавижу воспринимать информацию на слух, а тут такой подарок судьбы! Этот уникум даже запятые расставляет! Я в лучшем случае могу слово дописать, и то обязательно пропущу три после него.

Мы сидим за одной партой: я, Егор и, как щит между нами, Костров. Через пару минут я даже забываю, что в аудитории есть другие люди. Я просто слежу за строчками на мониторе и переписываю в тетрадь их слово за словом. Удивительно, но мне нравится этим заниматься. Минут через пятнадцать я замечаю, что на губах Кострова появляется слабая улыбка.

Ему тоже весело. Колчин же поглядывает на меня – это чувствуется, но я слишком увлечена письмом.

– Какая слаженная работа. – В голосе чувствуется ирония.

– Не мешай.

Ничего себе!

Костров так просто обрубает Егора, не сбавляя темп письма, что тот на пару секунд замирает, чуть выдвинув вперед подбородок и подозрительно насупившись. Не верит своим ушам, кажется. А Костров даже внимания не обращает. Он занят делом, и я еле слышно хихикаю.