Трущобы Петербурга

– И это имей в виду, Павел! С тех пор, как поступил к нам этот Иван, бдительность дворников усилилась, и даже он сам по ночам дежурит, и потому никак не могу понять, как воры могут, особенно ночью, пронести краденое.

– А вот мы посмотрим, – сказал Павел Михайлович и, накинув на себя пальто, пошел в контору.

Там были кроме Матвея и Ивана еще две женщины, и между ними происходил громкий спор.

Увидав входившего хозяина, все замолчали.

– Что тут у вас такое случилось? – обратился к Ивану домовладелец.

Иван хотел что-то сказать, но прачка, выступив вперед, заговорила:

– Батюшка, Пал Михалыч! У меня с чердака белье пропало, четыре простыни, шесть наволочек, сорочки и носки.

– Когда ты их повесила?

– Вчера вечером, а наутро не оказалось.

– Кроме твоего было ли еще белье?

– На том чердаке было, – отозвались две женщины, – но оно не тронуто…

– Странно, – сказал хозяин и искоса взглянул на Матвея. – Странно, говорю, что вору, который действовал впотьмах, понадобилось именно твое белье.

Ведь вот он мог бы захватить и ихнее, но этого не случилось… После того как ты вешала, ты заперла на замок чердак, разумеется?

– Да, заперла.

– У кого был ключ?

– Вон у них… – указала прачка на Матвея.

– Значит, у тебя был ключ? – обратился хозяин к Матвею.

– Так точно, но я передал его старшему дворнику.

И он кивнул головою на Ивана.

– Ключ и посейчас у меня, – сказал Иван, – и только я одному дивлюсь, почему, ходивши на чердак, у меня его не спросили?

И, вынув из кармана ключ, он показал его хозяину и продолжал:

– Вчера вечером я ходил на чердак и видел, что замок висит.

Выходит, значит, замок сломан!

– Да-да, был сломан, – отозвалась прачка.

– Тогда пойдемте на чердак! – сказал хозяин.

Глава VI

«Союзник»

– ВОТ ЧТО, МАТРЕНА, – обратился Иван к прачке. – При хозяине я тебя спрашиваю: когда ты входила на чердак, замка не было?

– Не было.

– В таком случае ты не должна была входить туда, а заявить мне или вот этому… управляющему. Почему ты не заявила?

– Да где ж тут заявлять, когда увидела, что белья нет. Я так испужалась, что страсти.

В эту минуту одна из женщин, сердито взглянув на Матрену, сказала:

– А позволь тебя спросить, какая была метка на том белье?

– А тебе какое дело? – огрызнулась Матрена.

– А, не хочешь говорить! – воскликнула женщина.