Возможно, на этот раз

Джетт Харт подошел к холодильнику и принялся собирать ингредиенты. Я скептически его рассматривала. Неужели Мика была права? Неужели он мог оказаться ключом к будущему семьи Уильямсов – и моему? Сердце у меня заколотилось, пока мозг пытался произвести на свет какую-нибудь остроумную и запоминающуюся фразу. Держа в руках кучу еды, он зашагал прямо на меня. Я оцепенела, приоткрыв рот.

Он остановился возле стойки, по которой были разбросаны материалы для подарочных пакетов.

– Что это? – спросил он.

– Сувениры? – промямлила я.

Пачка сливок для взбивания начала выскальзывать из его захвата.

– Ну так подвинься, – прорычал он.

Я засуетилась, складывая законченные пакеты на пол, чтобы освободить место. Мика подскочила ко мне и помогла сложить их в коробки.

– Мне весь день ждать? – рявкнул Джетт, ногой отпихивая одну из коробок с дороги.

Напряженное лицо Мики и мысли о собственном будущем заставили меня промолчать и не выдать что-нибудь резкое. У меня был год. Целый год на то, чтобы завоевать его расположение.

Глава 5

На мероприятиях часто приходилось тушить миниатюрные пожары. Сегодня это значило помогать миссис Уайт избавляться от соуса, которым она испачкала всю свою блузку, и не позволять мистеру Лэнгстону есть конфетти, которыми он посыпал еду, решив, что это просто какой-то симпатичный топпинг.

Но сейчас ужин в честь Дня святого Валентина подошел к моей любимой части.

Кэролайн вышла на середину зала с микрофоном.

– Дамы и господа! – начала она.

 – Прежде, чем вам подадут десерт, мы объявляем аукцион холостяков. Приготовьте ваши уиллоуфолские доллары. С парой, которую вы обретете сегодня, вы сможете разделить десерт или даже танец.

Я помогла нескольким пожилым мужчинам сформировать очередь рядом с Кэролайн, а потом отошла, чтобы понаблюдать за аукционом. Мне сразу стало ясно, что мужчин в очереди на право быть избранными будет гораздо больше, чем женщин. Какие-то женщины предлагали свою цену за нескольких мужчин, что мне казалось довольно забавным и интересным.

Но когда вперед вышел последний холостяк, мистер Джон Фарнсворт, я поняла, что сбыть его будет нелегко. Он был весьма сварлив, а большинство женщин в аудитории уже болтали со своими кавалерами, которых знали, скорее всего, уже больше десяти лет. Но такова была традиция, а этот город просто с ума сходил по традициям.

Я подняла руку, чтобы сделать ставку, хотя у меня и не было фальшивых купюр, чтобы расплатиться.