Письмо, так и не написанное, потому что его отправлять некому

Но для большего, к чему так стремились все гормоны здорового молодого (двадцати с небольшим лет) тела, условий практически не было. Так, свидания в форточном режиме. О южных похождениях своих приятелей я был наслышан.

Думать, что половина этих историй – разгулявшаяся фантазия и неудовлетворенные желания – не хотелось. Зачем? Ведь вторая-то половина – чистая правда.

Этой половины мне вполне хватало чтобы строить самые радужные планы. Пусть моралисты застрелятся или забросают меня гнилыми бананами (сейчас их в достатке) – я хотел трахаться.

Хотя тогда этого слова не было, чего не скажешь о действии.

Так что, несмотря на не слишком набитый кошелек, я был полон радужных ожиданий.

Они, ожидания, оправдывались.

Мы удачно прилетели в Симферополь – днем. Изрядно пропетляв по крымскому серпантину на рычащем как бронтозавр автобусе (на такси мы явно не тянули – по 25 рублей с носа, сумасшедшие деньги!), часам к шести уже приехали на гурзуфский автовокзал. Хотя «Автовокзал» для небольшой оштукатуренной будки это слишком громкое название.

Но, что это центральное место поселка, где можно встретить любого человека, которого ищешь – это уж точно. И мы через пятнадцать минут встретили добрую фею ростом не выше метра пятидесяти пяти и под центнер весом, которая после недолгих торгов изящно махнула «волшебной палочкой» ("ай, да что с вами поделаешь") и сдала нам койки по вполне доступным ценам совсем рядом с морем.

Мне особенно повезло. Рубль за сутки – даже по тем временам – фантастическая удача.

Ударив по рукам с хозяйкой, мы отправились знакомиться с нашим новым местом обитания на ближайшие два десятка дней.

Идти было совсем недолго. Вверх по лестнице со сбитыми бетонными ступенями. Потом по странной улочке, нависавшей над садом внизу.

Было просто замечательно!

Под теплыми лучами крымского солнца, Москва с её сиротским пасмурным летом, растворялась в сознании.

Вот и наш домик. На повороте узкой дороги, пробиравшейся на склон горки. А что, симпатичный домик, бревенчатый, с удобствами на улице.

Но когда мы вошли в небольшой дворик, выяснилось, что на улице не только удобства, но и собственно и я.

За полтора рубля в сутки кроме койки и крыши у меня ничего не было. Койка на самом деле оказалась простой раскладушкой, которая стояла на широком крытом крыльце.

Моим друзьям стены достались. Но не капитальные. Они разместились на веранде.

Единственная комната, настоящая, была уже занята.