Обрученная

Небольшая, ладненькая, установленная под плитой, она чем-то была похожа на привычную мне духовку, но здесь звалась печью. И она совершенно бессовестно подпаливала мои пирожки.

– Ой! – бросившись спасать свои сокровища, я как-то совсем позабыла о том, что у моих метаний есть зритель. Сидел он тихонько, взглядом не давил и ничем не мешал, а у меня же пирожки… подгорали.

К печи бросилась без полотенца или хоть какой-нибудь тряпки, заслонку открыла легко, а вот за противень когда схватилась, обожглась хорошо, аж слезы на глазах выступили.

И я, тихо ругаясь, тут же метнулась к столу, на котором оставила прихватку, лично Найан сшитую.

Вэйд сидел и смотрел, пока я вытаскивала свое творение из печи, даже не вздрогнул, когда опустила противень с грохотом на стол, тут же взявшись за новую порцию уже слепленных пирожков, и яростно затолкала их в печь, с лязгом закрыв заслонку.

Поднялся он только, когда, бросив прихватку на стол, я застыла посреди кухни, разглядывая обожженную ладонь и жалобно морщась.

Сначала снял чайник, крышечка которого гневно позвякивала, теснимая густым белым паром выкипающей воды, потом подошел ко мне.

– Покажи руку, – велел Вэйд и, не дожидаясь хоть какой-то реакции с моей стороны, обхватил запястье теплыми пальцами. Потянул на себя.

Я не сопротивлялась, не пришло мне в голову, что можно вырвать руку и отойти. Хотя бы просто попросить меня не трогать, и не потому что прикосновение было неприятным, просто… тяжело было стоять рядом с ним.

Вблизи от Вэйда веяло чем-то очень мужским – силой, должно быть, и властью. Просто нестерпимо хотелось встать по стойке смирно и ждать указаний, вот я и стояла, завороженно глядя, как чужие пальцы уверенно сжимают мою кисть.

А указаний как раз таки и не было. Меня просто молча потащили к раковине, где долго и вдумчиво топили мою обожженную руку в холодной воде, вместе со своей.

И вот непонятно было, зачем он продолжает меня держать, я ж не глупая, ладонь не уберу, она же, наконец-то, болеть перестала.

Сразу же после водных процедур меня насильно усадили за стол и под совершенно ошалевшим взглядом полезли в один из нижних ящичков шкафчика сделанного из неокрашенной древесины. На свет были извлечены небольшая баночка, полная полупрозрачной, очень пахучей и похожей на гель массы, и тканевые бинты.