Прирученное Бедствие II

Кандидатуру в женихи не состоявшей до этого в браке девушки, должен одобрить глава семьи. Отец или брат.

Йен растерял большую часть энтузиазма, но не сдался.

– И получу. – пообещал он не очень уверенно. И пробормотал под нос. – Не сожжет же он меня из-за одного свидания с его сестрой…

Я была уверенна, что не сожжет. Если бы Кел и согласился доверить меня кому-то, то это точно был бы Йен… или Грэм. Но Грэм ко мне не сватался.

Настроение мое, несмотря на все, что мы недавно узнали, после легкомысленного поведения Йена неумолимо улучшалось.

Я выпорхнула на улицу, полной грудью вдыхая прохладный осенний воздух, и кутаясь в шерстяную шаль. Красивую, дорогую, вышитую большими, яркими цветами.

И закашлялась, услышав знакомый голос.

– Шана, дорогая…

Мадам Форман, в сопровождении печально знакомого мне мужчины, поднималась к нам.

Лестниц сегодня мне следовало избегать. Кажется, на них меня ждали только неловкие или нежеланные встречи.

– Приятно видеть вас, мадам.

 – даже за пределами пекарни я старалась оставаться вежливой и дружелюбной.

Спутник мадам, и, по совместительству, ее племянник, про вежливость никогда не слышал. Не потрудившись вести себя прилично, Гарибальд начал с претензий, которые не давали ему жить спокойно с того самого несчастливого дня нашей встречи.

– Я все гадал, откуда у простушки вроде тебя мог взяться такой сильный защитный амулет. А ты, выходит, из таких… Тебе богатеньких подавай. – смерив Йена презрительным взглядом, Гарибальд спросил.

 – Ну что, красавчик, это же ты ей амулет покупал? Как будешь возмещать нанесенный ущерб?

Он поднял руку, которую я когда-то ему обожгла, чтобы продемонстрировать какой вред ему нанесла наша короткая встреча. Средств на хорошего целителя у Гарибальда не было, поэтому, на память ему остались уродливые шрамы.

Его нельзя было назвать сообразительным или умным, но распознавать достаток человека по его одежде Гарибальда научили долгие годы торговли.

Мне пришлось прикусить язык, чтобы не рассмеяться.

Я так переживала после того, как обожгла его. Боялась, что он все поймет и сдаст меня совету магов…

Он же все это время считал, что меня защитил амулет.

Йен равнодушно скользнул взглядом по его руке и обратился ко мне:

– Видишь, Шани, даже невежественные старики считают меня красивым. А от тебя слова доброго не дождешься.

Мадам Форман попыталась успокоить племянника. Ей был неприятен этот разговор.