Прирученное Бедствие II

И это при том, что не каждый работник дома был удостоен чести, чаевничать на кухне, в непосредственной близости от готовившейся для хозяев еды.

Я сама себе казалась слишком мнительной, но просто отмахнуться от этих мыслей не получалось.

Отпоенная сладким чаем и успокоившаяся, Амелия вспомнила о своей главной миссии – развлекать сплетнями всех, кто готов был ее слушать.

– Поговаривают, что на острове творится неладное, – она прервалась, чтобы высморкаться. – Вроде как по ночам слышны голоса и кто-то видел свет.

А еще, одного аристократишку прирезали. Его тело ночью из канала выловили. Свеженького. Разлагаться и не начал…

Госпожа Брона передернула плечами.

– Нашла место, чтобы о всякой мерзости говорить!

– Но что я могу поделать, если такие новости? – возмутилась Амелия. – Не так уж часто у нас благородных убивают. Неужели вам не интересно?

Аманда расслабленно откинулась назад, наслаждаясь атмосферой, ароматным чаем и пирожными, которые Амелия обычно приносила вместе со свежими сплетнями.

Наслаждалась покоем она недолго. Стоило только в коридоре раздаться мужскому голосу, как расслабленность исчезла из позы Аманды. Она напряглась.

Амелия же наоборот расцвела.

– Кажется, это молодой хозяин. Неужели к нам идет? – она осеклась, увидев как запаниковала Аманда. – Что не так? Разве ты не хочешь с ним встретиться?

– Как я могу? В таком виде? Я же совершенно не готова. – Аманда бросилась к дверям.

– Но как же бумаги?

– Потом заберу!

Дверь на улице захлопнулась, и через несколько мгновений распахнулась дверь ведущая в дом.

На кухню запорхнула счастливая, раскрасневшаяся Теция, и улыбающийся Йен. В руках он держал папку с документами.

Он удивился, не застав ту, кому нес бумаги.

– Она заберет их позже. – Поведение Аманды не насторожило Амелию. Напротив, это паническое бегство показалось ей милым.

***

От особняка герцога, до художественной мастерской путь был недолгий. Я предложила прогуляться. Йен охотно согласился.

Кварталы, где жили аристократы никогда не были многолюдными.

Особенно в первой половине дня.

Изредка мимо нас проезжали кареты. Людей же на улицах не было вовсе. Только ярко светило солнце, будто желая согреть землю впрок, а под ногами яркими пятнами краснели опавшие листья.

– Могу я задать вопрос?

– Тебе можно делать все, что пожелаешь, – серьезно ответил Йен.

Его решительный вид показался мне достаточно трогательным, чтобы я осмелилась по собственной инициативе подхватить его под руку.