Максимальное сближение

Я его подбадривала, а сама потом, спрятавшись в своей комнате, рыдала, уткнувшись в подушку. Максим не понимал, что я уже не просто друг. Я девушка, которая в него влюблена. А он влюблялся в других. А он добивался других. И ведь добивался.

Именно поэтому, так сказать, назло Максиму я отважилась и позволила влюблённому в меня парню воспользоваться моим телом. Я не жалела. Я тогда вообще не понимала, что такое хорошо, что такое плохо. Мне казалось, я права. Я мстила Максиму. Хотя он об этом не знал. Он воспринял эту ситуацию, как должное.

Ведь, по его мнению, мы просто хорошие друзья с ним были. И ревности не могло быть. Он встречался с девушками. Я как бы тоже, была не одна. Хотя, кроме того единственного раза в семнадцать лет с Сергеем, у меня не было подобных отношений. А спустя год, когда мы в подвыпившем состоянии возвращались со дня рождения Ильи, меня охватила паника. Максим скоро уйдёт в армию.

Как я буду без него?

Мне казалось, что межу нами может ещё что-то получится, но из-за армии всё пойдёт прахом.

Всё против меня. Как же мне ему признаться в своих чувствах? Что мне делать?

– Юль, ты чего такая молчаливая?

– Да, так. Вот думаю, ты в армию уйдёшь…

– Уйду. Уйду-приду. Чего ты переживаешь?

Я не ответила. Зато случайно поскользнулась и упала.

– Эй, мелкая, ты что, совсем бухая? – стоя надо мной, смеялся Максим.

– Я? Я не бухая, – обиделась я.

– Да по тебе же видно! – никак не мог успокоиться он. – Тебя ноги не держат!

– Я всего пару бокалов выпила.

Здесь просто скользко, – уже поднявшись, и отряхиваясь, почему-то оправдывалась я.

И отвернувшись от Максима, пошла дальше. Но, не успев сделать и двух шагов, снова поскользнулась и упала. Лежу. Вставать не пытаюсь. А Максим, не отошедший от моего первого падения, снова захохотал. Но всё же, поспешил меня поднять.

А подняв, стал стряхивать с меня снег. Его рука быстро скользила по моей шубке. И это было очень мило. До тех пор пока он не решил стряхнуть снег с моих брюк. Вернее с моей попки.

На секунду мы оба замерли. И уже больше я не слышала его задорный смех. Максим выпрямился, закурил и произнёс серьёзным тоном:

– Возьми меня под руку. Здесь, действительно скользко.

Так я и сделала. И мы пошли дальше.

– О чем задумалась? – не выдержал и спросил он.

– Да про армию твою я всё думаю.

– А что про неё думать?

– Ты будешь мне писать?

– Конечно. Я всем буду писать.

– Хочешь, я буду тебя ждать? – неожиданно спросила я.